СРЕДА, 24 МАЯ 2017 ГОДА

День Победы: время наших отцов

Автор: Светлана Омарова 556 5-05-2017, 00:12

Очень много написано о подвигах наших дедов и отцов в годы Великой Отечественной вой­ны 1941-1945 годов. И еще немало будет написано. Как гласит древняя истина, вой­на не окончена, пока не похоронен последний ее солдат. Да и когда это случится, она будет жить в памяти следующих поколений. Во всяком случае, хочется в это верить.

…В семье моего деда, известного в Нуре муллы Искака, подрастали сыновья. Дед одним из первых принял Советскую власть и, хорошо зная арабскую вязь и владея, помимо родного языка, еще и фарси, стремился дать своим детям образование. Учил аульную детвору грамоте, помогал бедноте.

Когда началась война, сыновьям Искака Омарова дали бронь как нужным в тылу специалистам.

Старший, Махмет, которому в ту пору исполнилось 34 года, был мастером на все руки. Работал кузнецом, славился на всю округу и как шорник. Мой отец вспоминал, что у старшего брата ничего не шло в отходы. Выделывал шкуры домашних животных, тачал сапоги, полностью обувал и одевал всю семью. И ни один обрезок железа не пропадал даром – из него изготавливалась необходимая в домашнем хозяйстве утварь. Шакетай, тихая и молчаливая жена Махмета, родила ему двоих сыновей.

Искак как мог утешал аулчан, к которым приходили похоронки. Но когда враг стал наступать вглубь великой страны, он благословил одного за другим своих сыновей на войну. Первым в самом конце 1941-го ушел на фронт Махмет. Через полгода у него родился третий сын, которого он так никогда и не увидел, – Файзулла вырос без отца. На память о нем остались только единственная фотография и пожелтевшее от времени извещение со строками
«...пропал без вести…».

Сразу за старшим братом, с благословения отца, ушли воевать Абдрахман, Рахим и Абдысалим.

О Махмете известно очень мало: после ускоренных курсов в военном училище стал лейтенантом, командиром стрелкового взвода, служил в войсках 1-го Белорусского фронта. Потом был командирован в Полтаву, в резерв политуправления армии. В июле 1944-го пропал без вести… Абдрахман служил в полевой почте 5793, пропал без вести в сентябре 1943-го. О Рахиме сведений почти нет. Но известно одно: уйдя на фронт красноармейцами, они становились офицерами, командирами взводов.

Младший из сыновей, Абдысалим, наш отец, вернулся с фронта живым. После войны служил в политотделах Ленинградского и Среднеазиатского военных округов. Мама вспоминала, что во время службы в части под Ригой он, уходя на дежурство, всегда оставлял ей табельный пистолет. Иногда вблизи военного городка появлялись «лесные братья», и жен членов комсостава учили стрелять. А мама наша еще в школе стала ворошиловским стрелком. Конечно, сталкиваться в открытую с бандитами не пришлось, но все были настороже.

 Легче жилось в Средней Азии, где было намного теплее, чем в Ленинграде и Риге. Да и местное население очень хорошо относилось к семьям из военного гарнизона полка тяжелых бомбардировщиков.

Почти у всех наших сверстников отцы воевали. Но вспоминать о войне они не любили. А мы, дети, играли в «войнушки», награждая друг друга отцовскими орденами и медалями. Только в 1960-е годы впервые стали торжественно отмечать День Победы. И наши начавшие уже седеть родители надели свои фронтовые регалии.

…Наш отец ушел на фронт в самом начале 1942-го. Сразу после крат­косрочных курсов телеграфистов был отправлен на передовую. Главной его задачей было обеспечение бесперебойной связи стрелковой роты с командным пунктом полка и дивизии. Папа никогда не рассказывал о том, за что получал награды. Чаще вспоминал смешные и курьезные случаи из фронтовой жизни. И у нас, тогда еще детей, создавалось впечатление, что на войне не так уж и страшно.

А сегодня в скупых строчках наградного листа читаю, что Абдысалим Омаров в сентябре 1942 года обеспечивал бесперебойную связь со штабом в районе села Марайтуки, после налета фашистской авиации вынес из разрушенного здания раненого бойца, секретную документацию и установил связь в другом месте. Несколько дней под усиленным огнем противника поддерживал связь КП полка с КП дивизии, передвигаясь все время по территории врага. За умелые боевые действия и проявленное мужество комсорг батальона Омаров был представлен к медали «За отвагу», которую и вручили аккурат к его 20-летию.

Какими смешными там, на передовой, казались ему споры с отцом на религиозные темы! Теперь он с теплотой вспоминал дымок родного очага, братьев, которые всегда оберегали его, младшего, от житейских невзгод. А тут со всех сторон падают снаряды, свистят пули, и некому не то что прикрыть, а даже слово сказать… «Связь, связь, связь» – стучит только одна мысль в голове, руки коченеют на морозе, но ползешь и ищешь место обрыва провода.

 И еще строки из наградного листа, но уже другого, датированного началом 1945-го. К тому времени Абдысалим вступил в партию. Как явствует из записи, молодой коммунист Омаров в бою в районе села Шабенау своим примером воодушевлял бойцов, первым поднялся для отражения контратаки врага, огнем своего автомата уничтожил 15 немецких солдат и офицеров. За проявленную доблесть удостоен ордена Отечественной вой­ны второй степени. Сухие, лаконичные строки. Совсем ничего о страшном бое, о том, как убили командира, как растерялись поначалу бойцы… И как встать во весь рост под шквальным огнем фашистов? Но вперед, только вперед! Счет шел на секунды. И комсорг поднялся первым, повел за собой в атаку уцелевших солдат! А впереди еще столько было боев до победного мая 45-го…

Так из скупых сведений военных архивов передо мной встает образ отца – воина, офицера, защитника Отечества.

 В моей памяти остались прогулки с отцом по андижанскому парку, утренние и вечерние пробежки по плацу. До наступления сильных холодов мы с братом только в маечках и трусиках делали зарядку на улице, умывались холодной водой, несмотря на бурные протесты мамы.

Для меня папа был непререкаемым авторитетом и примером. С младых лет я стремилась быть первой во всем, в отличие от мягкого по характеру старшего брата.
Папу, как грамотного и инициативного политработника, фронтовика, рекомендовали в Академию Генштаба. Он блестяще прошел все аттестации и собеседования, но потом оказалось, что необходимо знание иностранного языка. А откуда аульному пареньку, который родился в затерявшемся в далекой степи урочище Соналы, знать в совершенстве иностранный язык? Расстроенный отец сгоряча подал рапорт об увольнении из армии. И добился своего, несмотря на уговоры руководства.

В Павлодаре, на родине мамы, ему предложили хорошую должность и квартиру, но он посчитал, что органы милиции не для него. В Караганде руководил аэроклубом, организовал футбольную команду. Но все же рвался в родную Нуру, где его ждали уже подросшие сыновья брата. Именно наш отец стал для них опорой.
Они выросли достойными людьми. Особенно мы гордимся старшим, Закарией. Лучший механизатор района, кавалер орденов Ленина, Октябрьской революции, Трудового Красного Знамени. Почему-то сегодня не принято упоминать эти награды. А я горжусь тем, что мой двоюродный брат был удостоен их за свой самоотверженный труд. Его отец погиб, защищая страну, а он растил хлеб для своей страны. И дети моих братьев достойно продолжают нашу династию, работают на благо Казахстана.

Где бы ни работал наш отец, он всегда пользовался заслуженным уважением. Газетчик, учитель, партработник – таков путь папы в мирное время. Он учил нас не пасовать перед трудностями. Самым страшным на фронте, говорил отец, было попасть в плен, а все остальное несущественно. Он стремился воспитать нас честными, порядочными, а больше всего не любил малодушие и фальшь.

Папа очень любил родные места. Помню его рассказы о том, как разливалась весной речушка Бикеш и как они, аульная ребятня, ловили голыми руками громадных щук. А я не могла понять, ведь от Бикеш осталось только название. Еще он любил в отпускные дни ездить, как говорил, «елге», то есть на родину. Часто брал меня с собой. Вот мы в Морозовке (сейчас аул Узбай). Заходим в один дом, в другой – поздороваться. И меня всегда поражало, насколько почтительно аксакалы приветствовали папу, усаживали на почетное место – «төрге». Первым делом подавали ароматный кумыс. Хозяева уже собирались ставить на огонь казан с мясом, но папа благодарил и отказывался от угощения. И мы шли к другим родичам. Так за вечер обходили с десяток домов, и в одном из них обязательно закалывали в нашу честь барана и приглашали всех отведать угощение. И начинались беседы: у отца спрашивали про новости в мире, советовались и делились своими радостями и бедами. Как я сейчас жалею о том, что не все запомнилось мне, не все имена родичей остались в памяти! Хотя все это отражено в родовом шежіре, а тогда они находились под рукой…

Светлана Омарова,

член Союза журналистов РК

Подпишитесь на еженедельную рассылку

Получайте ссылки на самые интересные материалы газеты

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки
Комментарии:
Добавить комментарии


    Введите имя:


    Полужирный Наклонный текст Подчёркнутый текст Зачёркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Вставка ссылкиВставка защищённой ссылки Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера






Выбор главного редактора
Фото и видео
Лучшие материалы
    
$ 337.37
378.29
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru