ПОНЕДЕЛЬНИК, 30 НОЯБРЯ 2020 ГОДА
21920 13-09-2020, 12:35

Наше кино: подражательство, пошлый юмор и дискредитация казахских женщин


О проблемах отечественного кинематографа на страницах нашего издания не раз  рассуждали непосредственные участники процесса производства фильмов, профессиональные кинокритики, эксперты-искусствоведы.  Но иногда интересно узнать мнение зрителей-киноманов – тех, ради кого в общем-то и работают  режиссеры, операторы, актеры… Именно к этой категории относится наш сегодняшний собеседник Данияр Наурыз.

- Данияр, какова ваша оценка состояния казахстанской киноиндустрии? 

- Общий уровень отечественного кинематографа – это немаловажный индикатор состоятельности Казахстана в целом. А потому художественные фильмы и мультипликацию нельзя рассматривать в отрыве от общества, идя на поводу у идеалистической концепции «искусство ради искусства».

К сожалению, с этой точки зрения очевидна творческая и гражданская незрелость многих наших киношников. Вот простой пример. Казахстан стал стартовой площадкой для полетов в космос, а его природные богатства сыграли значительную роль в осуществлении космической программы. При этом в отечественном кинематографе  данная тема практически не представлена, отсутствует жанр научной фантастики, хотя у нас есть писатели-фантасты (например, член Астрономического общества СССР Жунис Сахиев). Мы до сих пор не удосужились снять хотя бы биографическую киноленту о первом космонавте-казахе Тохтаре Аубакирове. А ведь он выделяется даже среди покорителей космоса тем, что первым в СССР совершил беспосадочный перелет на Северный полюс и посадил боевой самолет на борт тяжелого авианесущего крейсера «Тбилиси». Впрочем, снять серьезную картину о такой уникальной личности  нашим кинематографистам, на мой взгляд, не под силу: они, во-первых, застряли в  местечковых темах, а во-вторых, неспособны чисто технически осуществить подобный проект.

Или возьмите рахитичную казахскую мультипликацию, убогие киносказки и редкие фильмы про животных. Эти жанры требуют больших финансовых вложений, фантазии, креатива. Детей ведь непросто заинтересовать, а тем, что сегодня предлагают им наши кинодеятели (невыразительные декорации, тоскливая музыка), их можно только отвратить. За исключением разве что патриотических миниатюр Амена Хайдарова, сопровождаемых проникновенной музыкой Нургисы Тлендиева, казахские аниматоры  не создали практически ничего эстетически прекрасного и коммерчески успешного. 

Вспоминаю, как в конце 1990-х в Алматы проходил международный кинофестиваль, в рамках которого был устроен показ мультфильмов. Казахская пресса тогда сама же и сообщила, что дети весьма положительно оценили прибалтийские работы, а от просмотра местных плакали... Не спасают положение даже редкие относительно успешные примеры киносказок вроде «Бойся, враг, девятого сына» или фильмов о животных, наподобие «Лютого».

- На какой стадии, по-вашему, сегодня находится казахский кинорынок? Он преодолел то самое дно, за которым, по идее, должен начаться рост?

- Как вы знаете, в советские годы наиболее дорогостоящие и интересные постановки осуществлялись на «Мосфильме», хотя и региональные киностудии иногда выдавали впечатляющие картины. Например, в конце 1970-х узбекские кинематографисты совместно со своими индийскими коллегами сняли масштабную киносказку «Али-Баба и сорок разбойников».

Что касается «Казахфильма», то самый тяжелый период в его истории пришелся, пожалуй, на вторую половину 1980-х – первую половину 1990-х. Куда там до роскошных постановок в голливудском стиле –  даже скромный уровень предыдущих лет оказался недосягаем для киношников, работавших в то злосчастное десятилетие. Достаточно вспомнить историческое кинополотно «Султан Бейбарс», которое  пестрит убогими эпизодами. Вместо натурных съемок некоторых ландшафтов были использованы фотографии из альбомов, посвященных искусству Ближнего Востока. А эпизод, где катапульта запускает снаряд в стан врага, пришлось несколько раз копировать, поскольку для того, чтобы задействовать несколько орудий одновременно, элементарно не хватило денег. Лишь потрясающая игра корифеев актерского цеха вроде Нурмахана Жантурина и хорошая литературная основа (фильм снят по повести замечательного писателя Мориса Симашко, который выступил и в роли автора сценария) смогли хотя бы немного приблизить фильм к таким образцам этого жанра, как «Бен-Гур» и «Спартак»... 

- О причинах кризиса в казахстанском кино сказано и написано предостаточно, в том числе и на страницах нашего издания. Но что бы лично вы как кинолюбитель добавили в этот список?

- Лейтмотивами мирового кино всегда были любовь и красота. Вот почему ведущие кинематографические державы всячески воспевают своих красавиц. Франция зачастую ассоциируется у нас с Бриджит Бардо, Мирей Дарк, Жюльет Бинош. Когда мы думаем об Италии, то нередко вспоминаем Джину Лоллобриджиду, Софи Лорен, Монику Белуччи. А вот в казахских фильмах красота местных женщин представлена слабо. Помню, в 2012 году российский социолог Ирина Атаян (Окулевич), делясь со мной впечатлениями от просмотра детского фильма «Алпамыс идет в школу», заметила, что казахские актрисы там исполняют роли старых бабушек или изможденных крестьянок. Единственная красавица в этой киноленте – это русская учительница Варя, в которую влюбился даже шестилетний Алпамыс. И только в конце картины в массовке промелькнула казахская красавица.

Зато местные драмоделы, похоже, взяли пример с некоторых жителей Крайнего Севера, подкладывающих своих женщин под залетных геологов. В нашем случае кино-аборигены услужливо предлагали местных красавиц приезжим целинникам, как это было в фильмах «Мы здесь живем» и «Вкус хлеба». А в относительно недавно снятой  «Иронии любви» казахская невеста уходит от местного олигарха к чужеземному неудачнику...

К тому же наши киногероини не отличаются особой грацией, в них нет загадочности, тайны. А такие поделки, как, например, «Келинка  Сабина», на мой взгляд, и  вовсе наносят серьезный урон имиджу казахской женщины. Даже само название этого, с позволения сказать, кинопродукта звучит унизительно для степных красавиц. Ведь оно созвучно презрительному прозвищу «кызымка», которое используют некоторые инородцы  применительно к казахской девушке.

Плоский юмор картин-однодневок, пошловатые хохмы от ремесленников с кинокамерой – вот что предлагает нам большинство людей, пытающихся сегодня «делать кино». А ведь главное предназначение этого вида искусства, его магистральное направление – максимально использовать могучие эстетические средства кинематографа для того, чтобы облагородить нелегкие будни простого человека. Недаром в трудные годы Великой депрессии миллионы американцев находили утешение и вдохновение в шедеврах Голливуда - вроде фантастического «Кинг-Конга» и сказочного «Волшебника страны Оз». А советские люди,  пытавшиеся выжить в условиях послевоенной разрухи, забывали свое горестное житье-бытье, когда перед их изумленными взорами представали волшебный «Каменный цветок», сказочно-приключенческий «Багдадский вор» (подаренный британцами) или же  оптимистично-музыкальная комедия «Кубанские казаки».

- Но кино, наверное, должно не только утешать и развлекать….

- Безусловно. И жаль, что многие важные темы остаются вне внимания наших кинематографистов. Например, сто лет назад, в июне 1920-го, большевики во главе с Дмитрием Фурмановым разгромили белоказацкий мятеж в городе Верном (ныне Алматы) и тем самым спасли местных казахов от очередной этнической чистки, вроде той, что была осуществлена царским правительством в 1916-м при подавлении национально-освободительного восстания под предводительством Амангельды Иманова. Думается, к юбилею можно было бы снять фильм о тех событиях, тем более что есть хорошая литературная основа – роман «Мятеж», написанный самим Фурмановым.

В это связи вспоминаю свое прошлогоднее интервью с выдающимся кинорежиссером современности, лауреатом Государственной премии СССР Вадимом Абдрашитовым. На мой вопрос: «Почему сейчас не создаются великие фильмы наподобие «Они сражались за Родину» или «Бриллиантовой руки?» он ответил: «Значит, нет художественной идеи. Нет творческих замыслов, подобных тем, что были реализованы в лучших советских картинах. Это такое общее явление, которое касается и театра, и литературы, и всего искусства как такового».

На мой скромный взгляд, главная беда современного казахского кино – это отсутствие у него своеобразия, собственного и неповторимого стиля. Наши кинематографисты в стремлении перенять зарубежный опыт не знают чувства меры и часто переходят ту грань, за которой начинается банальное подражательство. Даже такой дорогостоящий фильм, как «Путь лидера», больше похож на имитацию, чем на оригинальное произведение. Слушаешь его саундтрек – и не покидает ощущение, что похожая мелодия была главной темой в «Титанике». Смотришь панорамную съемку горной местности – и будто пересматриваешь эпизод из «Властелина колец». Впрочем, это еще более или менее качественное подражание образцам западного киноискусства. А когда приходится лицезреть поделки вроде мультфильма «Алдар Косе. Незваный гость», то трудно отделаться от мысли, что перед тобой бюджетный перепев «Шрэка», сварганенный на скорую руку. На экране, по сути, те же говорящие куклы с раздутыми головами, как и в талантливом творении американских мультипликаторов. Но различия  между «оригиналом» и «суррогатом» в детальности проработки образов, цветовой палитре, динамике движения и многих других элементах  бросаются в глаза с такой же очевидностью, как разница между произведениями Микеланджело Буонаротти и мазней деревенского маляра…

Комментарии