СРЕДА, 18 ИЮЛЯ 2018 ГОДА
14654 28-10-2016, 00:15

25 лет независимости: главные достижения и наибольшие разочарования

KZ RUS ENG

Страна готовится к главному празднику года – 25-летию независимости. Накануне таких знаменательных дат принято подводить итоги, осмысливать достижения и провалы. Как можно оценить путь, пройденный за четверть века? Этот вопрос мы задали нескольким казахстанцам, известным общественным деятелям. Оправдались ли их надежды и чаяния? Какие они видят основания для гордости, а что их разочаровало больше всего?

Виктор Ковтуновский, эксперт Фонда развития парламентаризма в Казахстане:

«Рано или поздно придется пойти на реформы государственных и общественных институтов»

– В начале 1990-х всех нас ошеломил распад СССР. Лично я был убежден в том, что после крушения тоталитарного режима новые независимые страны станут частью свободного и прогрессивного мирового сообщества. Как и многие, я полагал, что только закоснелая коммунистическая идеология была препятствием для нашего успешного развития. Мы отождествляли свободные выборы с эффективным государством, а свободный рынок с материальным благополучием. Но все оказалось сложнее.

Сравнивая наше теперешнее бытие с жизнью в СССР, многие соотечественники ностальгируют по дешевой колбасе, отсутствию безработицы, бесплатной медицине. При этом они предпочитают не вспоминать другие «прелести» развитого социализма: низкие зарплаты, тотальную нехватку товаров повседневного спроса.

Нынешнему молодому поколению будет трудно в это поверить, но в пору моей юности о существовании туалетной бумаги я знал только из анекдотов про дефицит. В продаже ее не видел ни разу. В провинции, где я жил, не хватало самых необходимых продуктов. Мне кажется, что тот, кто стоял по два-три часа в очередях за молоком, не может с тоской вспоминать Советский Союз.

Сейчас качество жизни большинства казахстанцев значительно выше. Пал железный занавес. Не только товарный, туристический, но и культурный. Вместе с тем многое из советского прошлого постепенно вернулось в независимый Казахстан: всевластие одной партии, нетерпимость к инакомыслию, протекционизм. А какие-то из прежних пороков, прежде всего коррупция, сегодня и вовсе приняли ужасающие масштабы.

Главное достижение за годы независимости, на мой взгляд, заключается в том, что нашему молодому государству удалось сохранить межнациональный мир и территориальную целостность. Обеспечение стабильности – несомненная заслуга первого президента Нурсултана Назарбаева.

Однако эта стабильность зиждется только на президентской вертикали. За 25 лет в Казахстане так и не были созданы другие важнейшие институты, без которых невозможно создать полноценное современное государство: полномочный парламент, справедливое судопроизводство, местное самоуправление, независимые СМИ, устойчивая и конкурентная партийная система.

В официальном дискурсе доминирует мнение, что рассредоточение полномочий между разными ветвями власти может привести к дестабилизации. Соглашаясь с тем, что политические преобразования необходимо проводить осторожно, просчитывая все возможные последствия, все-таки подчеркну, что стабильность государства, основанная на одной персоне, – временная стабильность.

Если мы хотим, чтобы Казахстан стал устойчивым современным государством, то нам рано или поздно придется пойти на системные реформы государственных и общественных институтов.

Арман Шураев, общественный деятель:

«Мы не смогли воспользоваться  теми шансами, которые подарила нам судьба»

– Можно гордиться тем, что мы стали независимой страной, признанной ООН и другими международными организациями. Что у нас есть свой флаг, гимн, узаконенные границы с сопредельными государствами, причем такими агрессивными, как Россия и Китай.

Особым поводом для гордости может служить Астана. Я вообще считаю, что перенос столицы было самым продуманным, взвешенным и верным решением, и за это надо благодарить нашего президента.

Вот, пожалуй, и все. Больше гордиться нечем. Причем самое главное разочарование для меня как журналиста – это то, что мы так и не стали демократической страной. Казахстанские СМИ были свободными лишь поначалу. Помню, когда я делал свои первые шаги в профессии (это был 1989 год), мы могли говорить свободно, ничего не боялись и были уверены в том, что журналисты вносят свой вклад в большое дело – строительство открытой и прозрачной страны.

Но сейчас мы живем в условиях автократии, ни о какой демократии нет речи. Даже у студентов первого курса журфака внутри сидит самоцензор, который диктует им, что можно писать, а что нельзя. Да что там говорить, если главными трендами на нашем телевидении стали плебейство и лизоблюдство. Причем это касается не только журналистов, но и деятелей культуры, спортсменов, политиков и других.

Нам не удалось стать Малайзией, не удалось стать Турцией времен Ататюрка. Мы до сих пор остаемся колонией, где государственный язык неконкурентоспособен и не востребован, где в рейтингах телесмотрения первые места занимают иностранные телеканалы, где граждане вынуждены выезжать в другие страны, чтобы поправить здоровье или получить нормальное образование.

Если Узбекистан празднует День независимости 1 сентября, то мы отмечаем его только 16 декабря. То есть целых три месяца мы цеплялись за остатки СССР и до сих пор цепляемся за Россию, которая, к сожалению, тоже тонет... И мне очень обидно, что Казахстана нет среди стран бывшего Союза, которые смогли воспользоваться теми шансами, которые подарила нам судьба.

Абсолютно ни в чем мы не вырвались вперед. Хотя могли бы, например, кормить продуктами сельского хозяйства половину Китая и всю Россию. А мы продолжаем есть окорочка, которые привозят к нам из-за океана.

Но больше всего меня удручает тот факт, что у нас нет хотя бы мало-мальских политических реформ. Наоборот, все сильнее закручиваются гайки. Отменили выборы по одномандатным округам, разогнали оппозицию, оставив две полудохлые (якобы оппозиционные) партии, а в парламенте фактически отсутствуют люди (за исключением одного-двух депутатов), которых можно было бы назвать яркими, харизматичными, активными.

У нас во всех ветвях власти творится полная клоунада. Премьеры сидят по восемь лет, а в парламент избирают одних и те же агашек, которые по нескольку лет молчат, а потом возмущаются, почему у них такая маленькая заработная плата.

Вдобавок ко всему мы имеем уникальное судейство, при котором человек, совершивший убийство, получает 45 суток ареста, чиновник, ворующий «составами», отделывается условным сроком, а простого гражданина, укравшего мешок картошки, сажают в тюрьму на восемь лет.

Разумеется, очень разочаровывает и то, что за 25 лет независимости мы так и не смогли слезть с «нефтяной иглы». Казахстан был и остается сырьевым придатком. Думаю, где-нибудь в Гарварде, Оксфорде или Кокшетау­ском университете уже можно на нашем примере преподавать курс о том, какой страна быть не должна.

Канат Нуров, президент научно-образовательного фонда «Аспандау»:

«К сожалению, правовой модернизации у нас не случилось – победили постсоветские тенденции»

– Я был вдохновлен объявлением политической независимости от России, в которой были сильны коммунистическая идеология и феодальные традиции крепостного права. В отличие от русского общества, казахское не имело в своей истории рабства и феодализма на системном уровне. Более того, казахи все еще сохраняли в своем менталитете корни степной демократии и развитой государственности, вплоть до национального (надэтнического) уровня верховной власти ханов (Ұлт). Поэтому мне казалось, что мы модернизируемся в правовом и экономическом смысле намного быстрее и глубже, чем Россия. Я даже написал об этом в 1995 году книгу «Правовая и экономическая модернизации традиционной структуры Казахстана» (переиздана в 2010-м под названием «Казахстан: национальная идея и традиции»).

К сожалению, правовой модернизации у нас не случилось – победили постсоветские тенденции. Мы так и не стали правовым государством. Частное право граждан, в первую очередь на собственность, на практике не состоялось. Гражданин не стал в своих экономических правах равен правительству, интересы которого по-прежнему полностью отождествляют с государственными интересами. Хотя интересы предпринимательства как единого класса не менее важны для государства, чем интересы правительства. А соблюдение права, справедливость для государства важнее интересов любой группы людей, включая предпринимательство и правительство. Право – это основа государства.

Соответственно, без этого не могла состояться в полной мере экономическая модернизация. Мы застряли в государственном капитализме как в точке перехода от социализма к капитализму, без явной перспективы все-таки завершить этот переход от одной экономической системы к другой.

– Каковы наши главные ошибки и как их можно исправить?

– Надо, наконец, сформировать единый список инфраструктурных отраслей экономики, не подлежащих приватизации, и позволить частному сектору расти так, чтобы доля госсектора в экономике снизилась до уровня хотя бы ниже 40% (а лучше до 15%). При капитализме частный сектор – это сектор не только потребления, но и общественного производства. Это при социализме государство все производит, а общество лишь потребляет. Цель не в разрушении госсектора, а в росте удельного веса частного сектора. Соответственно, и политика демонополизации должна заключаться не столько в разделении республиканских монополий на региональные или иные, сколько в обеспечении и защите открытой конкуренции частного предпринимательства с естественными монополиями, включении последних в честный рынок.

Там, где монополии действуют не в условиях рыночной конкуренции, надо зафиксировать их нерыночные тарифы, запретить их рост хотя бы на пять лет в обмен на отмену нормативов рентабельности и разрешение бонусов для руководителей и коллективов от прироста чистой прибыли по аудированной финансовой отчетности. А то сегодня бонусы у нас по всей республике привязаны не к интегрированным финансовым результатам, а к отдельным ключевым показателям, что в корне неправильно.

Судопроизводство должно стать реально независимым от правительства в целом и на местах, чтобы предприниматели не боялись вступать в предприятия. Экономическая политика не нужна, если нечем будет управлять в экономике. Справедливый суд – самый важный на сегодня фактор экономического развития. Надо ввести персональную юридическую ответственность каждого судьи за заведомо неправосудные решения. А чтобы они были на виду, надо сделать их прецедентными, единообразными для каждого предмета спора.

– Какими достижениями Казахстана за четверть века вы гордитесь, а чем вы разочарованы?

– Горжусь тем, что благодаря в первую очередь первому президенту страны нам удалось построить из постсоветской русскоязычной общности национальное государство. Оно пока не стало общегражданским и сохраняет где-то этнократические черты, но уже в ближайшем будущем все встанет на свои места. Когда казахский язык в своем развитии естественным путем достигнет статуса действительно государственного, этот вопрос быстро решится, поскольку отпадет необходимость в символическом доминировании титульной национальности.

Сильнее всего я разочарован тем, что исламистов стало намного больше, а истинных мусульман так и не прибавилось. Исламизм как теократическая тенденция в исламизации наступает на синкретическую модель казахского ислама, в которой Аллаха до сих пор зовут «Құдай» на свой тенгрианско-митраитский манер. Этнические традиции казахов уступают место радикалистским традициям арабских и иных фундаменталистов уже и в домашнем быту. Этого не было даже в советское, атеистическое время при тотальной русификации.

Став шала-казахами, мы тем не менее сохранили свою этническую и национальную идентичность, гордимся своей особой историей и культурой. Не хотелось бы это терять. Я буду считать эту потерю своим личным жизненным проигрышем и идеологическим просчетом («незачетом») всей нашей казахской интеллигенции – как националистической, так и космополитической. Если мы не предоставим людям альтернативную исламизму идеологическую модель справедливости в ухудшающихся социально-экономических условиях, то скоро мы будем жить совсем в другой стране –  более мракобесной и псевдорелигиозной.

 

Автор: Сауле Исабаева

Комментарии

Author ШП
Редактировать / Удалить/ Цитировать
31-окт-2016, 10:39

Системных изменений не произошло потому, что болезнь покорности под страхом смерти сидит у всей страны на подкорке.

Оставить мнение