ВОСКРЕСЕНЬЕ, 17 НОЯБРЯ 2019 ГОДА
2412 28-07-2014, 14:21

Досым Сатпаев: Ловушка для казахстанских олигархов


Директор Группы оценки рисков Досым Сатпаев: «Если не хочешь попасть под огонь санкций - ты либо должен быть слишком мелким, чтобы тебя не заметили, либо слишком крупным для того, чтобы тебя не смогли съесть»

Досым Сатпаев.

Умный учится на чужих ошибках. Глупый на своих. Старая поговорка как нельзя лучше подходит к текущей геополитической ситуации, при которой нам следует не только рассуждать о возможных последствиях экономических санкций против России для казахстанской экономики, но и быть готовыми к тому, что аналогичные санкции - при неблагоприятном стечении обстоятельств - когда-нибудь могут применить и к Казахстану

Сasus belli

Понятно, что сама постановка этого вопроса вызовет возмущение у тех, кто считает Казахстан абсолютно защищенным государством с точки зрения национальной безопасности. У нас же гибкая многовекторная внешняя политика, которая пока устраивает всех крупных геополитических игроков!

Но проблема в том, что мы вступили в ту фазу развития геополитики отношений, когда де-факто уже не существует такого понятия, как «международное право». «Дипломатия канонерок» идет рука об руку с «дипломатией реванша», порождая двойные стандарты, которые подгоняют реальность под политическую конъюнктуру.

Поэтому теперь следует исходить из того, что рано или поздно Казахстан может оказаться вовлеченным не косвенно, а прямо в конфликт с любым из тех игроков, которые рассматривают постсоветское пространство как зону своих геополитических интересов. Риски в значительной степени увеличатся в период транзита власти, когда прочность политической системы Казахстана при его новом руководстве будут проверять не только внутренние силы, но и внешние.

Это значит, что наша страна очень уязвима, вне зависимости от того, откуда может быть угроза - со стороны Запада, России, Китая или других государств. Возьмем гипотетический сценарий: допустим, Казахстан по тем или иным причинам решит выйти из Евразийского экономического союза. Как отреагируют другие участники ЕАЭС и в первую очередь Россия? Будет ли это мягкий развод или более жесткий вариант, который создаст угрозу для нашей нацбезопасности?

Или, скажем, новое руководство страны займет антиамериканскую позицию и, по примеру Венесуэлы, вздумает национализировать крупные нефтегазовые месторождения, где первую скрипку пока играют западные транснациональные компании. Вряд ли США и их европейские союзники будут спокойно наблюдать за этим процессом. В этом случае Казахстану как минимум гарантировано членство в списке «стран-изгоев» - со всеми вытекающими отсюда последствиями. В том числе - с введением санкций.

Выходит, что, в отличие от России, где в добывающем секторе доминируют отечественные компании, в Казахстане засилье западных ТНК в нефтегазовой отрасли, с одной стороны, может рассматриваться как страховой полис от чрезмерно жестких западных санкций. По крайней мере, как показывает практика, США чаще закручивают экономические гайки тем странам, где интересы американского бизнеса если и представлены, то не очень масштабно, либо этот бизнес активно теряет свои позиции и вложенные капиталы. Кстати, этот фактор уже вызвал разногласия по поводу методов давления на Кремль между Вашингтоном и Евросоюзом, у которого, в отличие от американцев, более тесные связи с российской экономикой.

С другой стороны, любая попытка правящих групп кардинальным образом поменять в Казахстане не только правила игры в добывающей сфере, но и состав иностранных игроков на этом рынке, сама по себе создаст casus belli для экономического давления.

Пугало или болевая точка?

Есть эксперты, которые считают, что западные санкции против России больше напоминают пугало на огороде: вначале птицы его боятся, а затем привыкают. Например, экономист Роберт Папе считает, что доля эффективных санкций составляет только 5%. В том числе и потому, что чаще всего они, эти санкции, еще больше консолидируют общество вокруг власти, а не наоборот. Примеров такого рода немало: Северная Корея, Сирия, Иран. Аналогичные процессы политической мобилизации в ответ на давление Запада можно наблюдать и в России. Кстати, в Центральной Азии, хотя и в более мягкой форме, через западный санкционный механизм прошел только Узбекистан после андижанских событий 2005 года.

Впрочем, не всё так просто. Не без влияния санкций Пхеньян, например, иногда идет на переговоры, чтобы выторговать себе новые поставки продовольствия и финансовой помощи, Иран решил притормозить свою ядерную программу, а Сирия отказалась от химического оружия. Но, в отличие от этих стран, Казахстан больше интегрирован в систему международных экономических связей, и не только в нефтегазовой сфере. Например, по данным zakon.kz, внешнеторговый оборот Казахстана со странами дальнего зарубежья в 2013 составил $43,6 млрд, а со странами Таможенного союза – всего $7,3 млрд. При этом основной объем казахстанского экспорта идет, кроме России, в Германию, США и Китай.

Тот же банковский сектор РК не сможет долго протянуть в условиях изоляции от мирового финансового рынка, даже если «в загашнике» будут Национальный фонд и капиталы местных олигархических групп. Тем более что сам Нацфонд формируется за счет доходов от продажи сырья на внешних рынках, а олигархические капиталы если и зарабатываются здесь, то чаще всего хранятся или инвестируются за рубежом. И если по отношению к Ташкенту, который гораздо меньше Астаны привязан к «забугорной» экономике, больше применялась такая форма санкций, как составление черного списка невъездных узбекских чиновников, замешанных в андижанских событиях, то в случае с Казахстаном гипотетическое введение санкций может иметь крайне негативные последствия не только для экономики в целом, но и для местного олигархического капитала в частности.

Корейко на заметку

Нас с Россией объединяет схожая система взаимоотношений между властными и бизнес-структурами, где вторые обслуживают первых в обмен на гарантии безопасности и перманентный доступ к распределению ресурсов. То есть это классическая модель «неформального корпоративизма», которую хорошо описали австралийские политологи Г. Сиглетон и М. Тернер. Они ввели это понятие на основе анализа некоторых стран Юго-Восточной Азии, которые руководство Казахстана в свое время также рассматривало в качестве образцов для подражания.

В частности, речь идет о Сингапуре и Малайзии. Также в обзоре политологов были упомянуты Южная Корея, Индонезия и Филиппины. По мнению политологов, для этих стран был характерен «симбиоз правительства и бизнеса, находящий свое выражение в корпоративистском, патерналистском их взаимодействии». Политическая система в РК также имеет определенные черты корпоративизма, который, в первую очередь, выражается в том, что государство взаимодействует только с теми структурами и олигархическими группами, которые являются монополистами в сфере представительства тех или иных интересов, в том числе за рубежом. И здесь кроются ловушки.

Ведь когда США и ЕС стали активно обсуждать санкции против России, некоторые западные политики сразу же призывали начать «разбор полетов» с иностранных активов прокремлевских олигархов, видя в этом более болезненную форму давления на Москву, чем другие санкционные меры. Иначе говоря, Романа Абрамовича или Алишера Усманова хотят превратить в пешек на геополитической шахматной доске. Возможно, таким образом, кто-то надеялся настроить этих олигархов против Кремля, памятуя о «семибанкирщине» времен Бориса Ельцина. По крайней мере, иностранные информагентства уже сообщили не только то, что ЕС начал подготовку списка российских бизнесменов и чиновников, чьи бизнес-интересы на Западе могут пострадать, но и уточнили, что начнут с тех, кто пустил корни в Великобритании. Как отмечают эксперты, кандидаты в черный список – не только Абрамович с Усмановым, но также Михаил Фридман, Александр Мамут, Алексей Мордашов и другие. При этом непонятно, были ли просчитаны экономические последствия для европейской экономики, если эти персонажи вдруг сойдут со сцены, учитывая их обширные инвестиционные схемы.

Конечно, свято место пусто не бывает. Освободившуюся нишу с успехом могут занять наши олигархи, а также китайские, ближневосточные или латиноамериканские толстосумы. Но для казахстанской политической элиты, аффилированной с олигархическими группами, которые также активно размещали свои активы по европейским и американским корзинам, последние события должны дать пищу для размышлений.

На западных биржах уже давно листингуются наши национальные компании, связанные с правящей элитой. На швейцарских и прочих счетах за последние двадцать лет накоплено немало кэша. В зарубежные бизнес-проекты залита солидная часть теневых капиталов, которые усердно отмываются через «стиральные машинки» офшоров. А зарубежной недвижимости наша элита накупила столько, что ее общая стоимость могла бы с лихвой, например, покрыть расходы на проведение ЭКСПО-2017.

Всё это говорит о том, что в случае возможного конфликта наших властей с Западом могут возникнуть риски, аналогичные российским, но уже по отношению к банковским счетам и собственности влиятельных представителей казахстанской элиты. Одним словом, казахстанским олигархам не позавидуешь. В обозримом будущем они могут оказаться между Сциллой западных наездов на их капиталы и Харибдой высоких политических рисков в самом Казахстане после смены власти, которая также может привести к началу нового передела собственности.

Кроме российского прецедента, есть и другие тревожные сигналы. Сингапур и Швейцария уже отказались от банковской тайны под давлением США и Евросоюза. Аналогичные процессы могут начаться и в других странах, в том числе связанных с офшорами. Более того, с 2017 между большинством западных стран будут действовать новые правила автоматического обмена информацией о подозрительных вкладах. Конечно, пока американцы и европейцы пытаются вернуть лишь капиталы своих собственных «теневиков» и налоговых уклонистов. Но отказ от банковской тайны в большинстве офшорах обнажит финансовые перемещения подпольных Корейко из других стран, в том числе Казахстана, и облегчит над ними контроль. То есть вначале будет легкая финансовая эротика, которая при изменении геополитической конъюнктуры может довольно быстро превратиться в «жесткое порно» для олигархов, которым быстро напомнят, кто в доме хозяин.

Великая Китайская стена защитит и от санкций

Кстати, Китай, который, по версии Forbes, занял в прошлом году второе место после США по числу миллиардеров (122 человек) ведет более взвешенную политику, поддерживая, в первую очередь, экономическую активность своих олигархов, приближенных к власти, внутри страны, заставляя их вкладываться в производство, в инфраструктуру, строительство и в инновации. Но здесь речь идет о китайских миллиардерах. С миллионерами не все так гладко. В частности, американская консалтинговая компания Bain & Company в недавнем исследовании выяснила, что 60% китайцев с состоянием более $1,6 млн уже стали бизнес-эмигрантами, либо разместив крупный депозит в иностранном банке, либо купив зарубежный актив, либо открыв бизнес за границей в обмен на гражданство или вид на жительство.

При этом, в отличие от Казахстана и России, у Китая на руках намного больше козырей, которые пресекут любые попытки ввести против него экономические санкции. Речь идет не только о том, что, если вдруг начинает чихать китайская экономика, простуду может подхватить вся мировая экономическая система. Немаловажным является и тот факт, что, по данным казначейства США на январь 2014, Китай все еще остается крупнейшим держателем американского государственного долга. Выходит, если не хочешь попасть под огонь санкций, ты либо должен быть слишком мелким, чтобы тебя не заметили, либо слишком крупным для того, чтобы тебя не смогли съесть. 

Досым Сатпаев
политолог

Комментарии