ЧЕТВЕРГ, 25 АПРЕЛЯ 2019 ГОДА
5281 18-10-2018, 16:08

Эпическая проблема. По следам открытого письма


На днях в социальных сетях было распространено открытое письмо, адресованное высокопоставленным чиновникам, суть которого касалась некоторых аспектов проведения в Алматы конкурса на знание национального эпоса среди школьников. Мы обратились к автору письма, Земфире Ержан - известному популяризатору государственного языка, с просьбой пояснить, что может не устраивать в образовательном мероприятии, которое имеет огромное воспитательное значение.

- Все мы видели, что этот конкурс прошел успешно. Перед выходом на летние каникулы школьники получили задание выучить в полном объеме один из вариантов эпоса «Алпамыс» и уже в сентябре были названы имена победителей: они были награждены солидными денежными призами, а их учителя получили возможность пройти трехмесячную стажировку в Оксфорде.

- Меня не надо убеждать в том, что, действительно, произошло очень значимое событие. Более того, думаю, именно я могу объективно оценить его важность, поскольку на протяжении девяти лет пристально и заинтересованно наблюдаю за тем, какими «рейтингами» обладает в наши дни явление под названием «национальный эпос», какова его социальная «репутация». Так вот, и масштабы проведенного конкурса, и то, что его организатором выступил алматинский акимат, свидетельствуют о том, что был сделан шаг в направлении общественного признания и актуализации эпоса. То есть исследовать эпос, говорить и писать о том, что он имеет непреходящее значение – это одно. А взяться за организацию подобного конкурса – это другое. Это, так или иначе, некий (к сожалению, пока еще стихийный, а потому крайне неустойчивый) шаг в направлении институциализации эпоса как инструмента современного общественного развития.

- Но ведь именно об этом вы сами писали на протяжении многих лет. Разве проведение таких конкурсов не стало воплощением и ваших собственных идей? Ваш проект «Кобланды» - наизусть», кажется, преследовал именно такие цели…

- Да, вы правы. Содержание нашего проекта также сводилось к тому, что казахстанцы будут знать национальный эпос наизусть.

- Тогда почему возникло это открытое письмо? Быть может, вам стоило порадоваться тому, что «эпические зерна» дали всходы и присоединиться к организаторам конкурса, поделиться своим опытом?

- Во-первых, казахстанские реалии на сегодняшний день таковы, что не я решаю – присоединяться мне к проектам акимата или нет. Во-вторых, я бы не стала будировать эту тему, если бы конкурс на знание эпоса был организован в другом регионе. Но тот факт, что еще в прошлом году, как только было объявлено о программе «Рухани жангыру», я подготовила и передала в его алматинский офис проект «Казахский эпос в ХХI веке», вызывает у меня вопросы уже другого порядка. Каковы правила, по которым работает данный офис? Каковы процедуры отбора проектов? Что они делают в ситуации, когда получают схожие проекты? Наконец, почему в офисе «Рухани жангыру» так легко проигнорировали тот факт, что наша группа почти целое десятилетие занимается продвижением такого типа проектов?

Согласитесь, все это серьезно подрывает доверие к реализации программы «Рухани жангыру». Получается, чиновники считают, что «Рухани жангыру» является программой, которая создана для них самих, я подчеркиваю, исключительно для самих чиновников. Что это – программа, наглухо закрытая, недоступная (снова настоятельно подчеркиваю) для тех самых специалистов, которые профессионально занимаются вопросами, непосредственно связанными с развитием отечественной культуры. 

- Однако справедливости ради следовало бы сказать, что конкурсы на знание эпоса, или конкурсы аутентичного исполнения эпоса проводятся не в первый раз. Их и раньше организовывали. И в данном случае к его проведению были привлечены известные в стране филологи, литературоведы, музыканты.

- Согласна. В том-то и дело, что в концепции нынешнего алматинского конкурса нет особенной новизны. Его отличает разве что внушительность, можно даже сказать, сенсационная внушительность призового фонда, который составляет многие миллионы. И за этими миллионами, естественно, проглядывает главный мотивационный «движок» этого мероприятия – деньги. Что, само по себе, не является чем-то необычным. Финансовая заинтересованность – обычная и общепринятая практика. Не только у нас, во всем мире.

Но в нашем конкретном случае, а речь идет о задаче восстановления пространства национального языка, одними деньгами ничего не решить. Сколько стоит любовь к родному языку? Эта любовь дороже или дешевле патриотизма? Все же, та самая задача восстановления пространства национального языка, которая сейчас стоит на весах, не столь проста: она вряд ли поддастся тому, чтобы ее, так сказать, привычно «развели за деньги».

- Мне кажется, что вы сейчас предаетесь словесной эквилибристике. Вы не допускаете, что как-нибудь, постепенно, такого рода конкурсы смогут-таки изменить языковой ландшафт? То есть, придти когда-нибудь в будущем, ближнем или отдаленном, к решению тех же задач, что ставите вы сами?

- Хороший вопрос. Основная моя претензия к концепции данного конкурса и состоит в том, что его организаторы, чиновники акимата Алматы, имея сейчас на руках такой уникальный карт-бланш, как государственная программа «Рухани жангыру», не понимают, что его можно использовать с гораздо большей пользой и эффективностью. Если, конечно, смогут отойти от привычных методов работы – перестанут воображать, что они являются специалистами в такой сложной сфере, как культура и язык. 

- А в чем принципиальное различие между уже реализованным акиматовским проектом и тем, что предлагаете вы? 

- Акиматовский проект – это одноразовая акция. Его проведение в будущем будет, главным образом, зависеть от того, найдутся ли деньги на выплату призов. В то время как национальный эпос – это очень важный культурный инструмент, который, на самом деле, способен решить многие актуальные проблемы современного казахстанского общества, если уметь пользоваться им с умом. Его изначально необходимо презентовать как большой, масштабный общенациональный проект, который способен к созиданию и прогрессу! Он мог бы стать настоящей, действенной, работающей платформой для «Рухани жангыру», если бы в акимате понимали истинный потенциал этого проекта. 

- Извините, а вам не говорили, что ваша нынешняя позиция в чем-то смахивает на донкихотство?

- Говорили и не единожды, но я категорически не согласна с этим. Я – не Дон Кихот. Я – всего лишь профессионал. А Дон Кихотом в глазах окружающих выгляжу потому, что слишком мало людей серьезно интересуется тем, как протекают культурные процессы. 

Ведь современная казахская аккультурация и существующие у нас ныне языковые проблемы не возникли просто так, на пустом месте и вдруг. Они имели свои глубинные причины. Более того, все они известны: это результаты работы большой идеологической машины эпохи тоталитаризма. Следовательно, для того, чтобы преодолеть эти негативные последствия, сегодня важно предпринять адекватные для этой ситуации меры. Идея реализации общенационального ликбеза, основанного на текстах национального эпоса, является эффективной, доступной и наиболее перспективной для наших конкретных казахстанских постсоветских условий.

В нашем проекте нет ни капли романтизма, он подобен точно просчитанному механизму. Его работа основана на объективном ресурсе знаний, подобных тем, что используется для подъема самолетов в небо. Романтизмом, на мой взгляд, страдает именно акиматовский проект, поскольку надежды его устроителей связаны лишь, образно говоря, с элегическими представлениями о вольных и непредсказуемых ветрах степей. Они и не догадываются, что тот же ветер может быть использован в качестве надежной и работающей подъемной силы.

- Чем, на ваш взгляд, вызвано непонимание сути и необходимости предлагаемого вами проекта?

- Во-первых, стилем работы отечественных бюрократов, которые уверены, что они сами во всем прекрасно разбираются. Во-вторых, тем, что наши чиновники позиционируют себя еще и как людей, которые знают, что может быть полезным для развития государственного языка. Позиционируют себя патриотами казахского языка. 

- А это разве не так?

- Начиная со времени обретения независимости и вплоть до 22 июня 2015 года можно было говорить о том, что наши чиновники добросовестно и последовательно стояли на страже интересов казахского языка, работали на реализацию целей государственной языковой политики.

- А что же произошло 22 июня 2015 года?

- В этот день алматинский акимат разорвал договоренности с «Общественным советом по улучшению качества рекламных копирайтов на государственном языке». Совет был создан для того, чтобы контролировать грамотность лайнов в визуальной информации Алматы, на рекламных билбордах. В нашем волонтерском совете собрались переводчики со всех уголков Казахстана, работу мы делали качественно, поскольку общество уже изрядно устало от вопиющей безграмотности надписей на казахском языке в городской среде. То есть, существовала конкретная и болезненная проблема и нами было предложено и на практике воплощено ее реальное (и совершенно финансово не затратное для акимата) решение. Однако городские власти отказались от него, продемонстрировав тем самым, что у них есть свои приоритеты, которые важнее, чем достоинство государственного языка. К слову, тогда мы тоже обратились с открытым письмом на имя премьер-министра.

- Вам ответили?

- Нет.

- А ответ на последнее открытое письмо вы получили?

- Нет. Вообще, я писала много писем: министрам культуры, двум акимам Алматы, И. Тасмагамбетову, А.Исекешеву, в период, когда он был акимом Астаны… Как правило, мне не отвечают. Или же – отвечают, но не по существу.

- Что вы намерены предпринять теперь?

- Я хотела бы поинтересоваться у юристов, какой статус может иметь жалоба на не рассмотрение проекта в алматинском офисе «Рухани жангыру». Но, наверное, поначалу мне следует подождать – быть может, кто-нибудь из высокопоставленных чиновников откликнется. Я надеюсь, что в свете октябрьского Послания Президента народу Казахстана государственные служащие будут более внимательно относиться к вопросам коммуникации с населением. 

- В таком случае - удачи вам!

 

 

Комментарии