СУББОТА, 6 ИЮНЯ 2020 ГОДА
18-09-2009, 00:00

Черные пятна истории


О политической оценке голодомора 1920-30 гг. в Казахстане

Именно так была определена тема научно-практической конференции, посвященной голодомору и состоявшейся в Союзе писателей Казахстана. На ней были названы следующие цифры: если в 1916-м казахов насчитывалось 6 миллионов, то в 1933-м их осталось лишь 2 миллиона.

Угол зрения

Черные пятна истории

О политической оценке голодомора 1920-30 гг. в Казахстане

Именно так была определена тема научно-практической конференции, посвященной голодомору и состоявшейся в Союзе писателей Казахстана. На ней были названы следующие цифры: если в 1916-м казахов насчитывалось 6 миллионов, то в 1933-м их осталось лишь 2 миллиона.

Между тем, политическая оценка этой национальной катастрофы до сих пор не дана. В свое время парламент РК по настоянию общественности принял решение - отмечать 31 мая "День памяти жертв политических репрессий", опустив при этом весьма существенную концовку фразы "…и голодомора". Вселенская трагедия народа как бы выносилась за скобки, оттеснялась на периферию нашей исторической памяти. Но в данном случае беспамятство не только постыдно, но и опасно, поскольку болезни истории - увы! - имеют склонность к рецидивам.

То, что эта конференция проходила именно в Союзе писателей, тоже вполне закономерно. Писатель во все времена должен оставаться совестью народа. Даже в ту драконову пору, когда на тему голодомора было наложено строжайшее табу, писатели не предавали ее забвению, свидетельство чему, в частности, документальная книга Валерия Михайлова "Хроника великого джута" и трилогия Смагула Елубая "Одинокая юрта", которая была презентована в рамках конференции. Книги эти писались задолго до возможности их опубликовать, а потому отдадим должное мужеству авторов, сумевших не отступиться от запретной темы.

Градус выступлений был очень высок, и дело тут не в темпераменте ораторов.  Дело в том, что беда эта коснулась буквально каждой казахской семьи. И приводя статистические данные (а это убийственные цифры!), цитируя официальные документы той эпохи, каждый из выступавших обращался к опыту собственной жизни, к трагическим судьбам родных и близких.

Открывая конференцию, заместитель председателя правления СП Казахстана Галым Жайлыбаев попытался кратко обрисовать общую картину тех бесчинств, которые творили в Казахстане красные сарбазы, отнимая у недавних кочевников скот, да и вообще все, что можно было отнять. Он говорил об этом со слов своих родителей, живших тогда в Улытау Карагандинской области, и опираясь на многочисленные факты. Тысячи обездоленных двинулись куда глаза глядят в поисках куска хлеба. Им казалось, что в городе их ждет спасение от голода. И уже академик Салык Зиманов, вспоминая детство, рассказывает, как толпы голодающих приходили в Гурьев, но даже родственники не могли оказать им помощь. Люди умирали на улицах и площадях, их полуживыми грузили на арбу, отвозили за город и там закапывали в овраге.

На конференции выступили 15 человек - академики, писатели, журналисты, представители разных диаспор Казахстана. Академик Сеит Каскабасов, историки Талас Омарбеков и Мамбет Койгельдиев называли чудовищные по своей сути цифры погибших во времена голодомора, цифры эти варьировались и уточнялись. От них и впрямь стыла в жилах кровь. Как писала газета "Правда", от голода 1921-1922 гг. погибло около одного миллиона казахов. Мухтар Аузов тогда же, в 1922 году, на одном из форумов сделал уточнение: по данным независимой экспертизы, погибших было 1,7 миллиона, из них 700 тысяч - дети. Эта речь Ауэзова была записана одним из агентов КГБ, потому и уцелела в архивах.

Еще страшнее оказались потери 1932-1933 гг. Все логично: с населения взималось 17 видов налогов. Непосильное бремя! Но главное - по степи прокатилось 20 кампаний по конфискации и советизации, по изъятию скота и мяса у населения. И если до этих кампаний в казахской степи было 40 миллионов голов скота, то в результате советизации его за два года стало в 10 раз меньше. Люди бежали в Китай, но на границе их встречали заградительные отряды и поливали пулеметным огнем.

Вообще, негоже меряться бедами, поскольку пострадали народы всего СССР. Но если в той же Украине голодомор выкосил каждого пятого жителя, то в Казахстане - каждого второго.

Советская власть была неукротима и последовательна, загоняя народ штыками, пулями и голодом в светлое будущее. Противодействия она, естественно, не терпела. Но и она получала зуботычины. В Казахстане отмечено 172 выступления против советизации, в них приняло участие 70 тысяч несогласных. Так что народ не безмолвствовал, но - прутом обуха не перешибешь.

Огромное впечатление произвело письмо Герольда Бельгера, зачитанное на форуме (сам писатель присутствовать на нем не смог по состоянию здоровья): "Тотальный голодомор не вытравить из памяти людей. Мы знаем, как он проходил, кем инициирован, помним неисчислимые жертвы, когда вымирали целые села, хутора, аулы, когда над народами социалистической страны-империи был занесен кровавый меч геноцида. Постыдная, позорная, подлая акция доныне не получила своего политического, социально-общественного осмысления. Пепел тех жертв стучит в наши сердца".

Что ж, вещи надо называть своими именами: кампания коллективизации на деле обернулась геноцидом собственного народа, устроенным большевистской властью. Лишь такая политическая оценка событий соответствует апокалипсическому масштабу трагедии тех лет. Участники конференции обратились с открытым письмом к депутатам парламента РК, предлагая уточнить название Дня памяти 31 мая - то должен быть "День памяти жертв голодомора и репрессий". Ежегодно в этот день в мечетях и церквях проводить молебны в память об этих жертвах. В одной из столиц, северной или южной, пора приступить к строительству мемориального комплекса, а в каждом из областных центров иметь площади "памяти жертв голодомора и репрессий". Национальная катастрофа 1920-1930 гг. в Казахстане должна найти свое адекватное отражение в школьных учебниках по истории. Учитывая, что очевидцы тех лет (если они остались) доживают нынче свои последние дни, надо ускорить сбор документов и воспоминаний о великом голодоморе. Разумеется, представители культуры должны внести свою лепту в увековечение этой национальной трагедии казахов, и для осуществления подобных проектов государство должно выделять соответствующие гранты. И, конечно, возникает необходимость создания соответствующей государственной комиссии для координации всего комплекса этих мероприятий.

Назовем еще одного участника конференции в Союзе писателей Казахстана, участника безмолвствовавшего, но весьма красноречивого и могущего поведать о многом. На столике у сцены стояли два последних издания романа-эпопеи "Одинокая юрта" Смагула Елубая - на русском и казахском языках. Сам автор был одним из модераторов форума, что, думается, вполне закономерно. И буквально каждый из выступавших всенепременно говорил об этой книге, о непреходящем ее значении, о той обжигающей правде жизни, которую она несет. "После романов "Путь Абая", "Кровь и пот" это одна из знаковых книг новейшего времени, - сказал Асанали Ашимов. - Крайне удивляет то, что она до сих пор не экранизирована". Назывались имена главных героев ее - Пахраддина, Хансулу, Шеге. И сами эти герои - непосредственные участники и очевидцы тех событий - как бы свидетельствовали о них своими катастрофическими судьбами.

Адольф АРЦИШЕВСКИЙ

Комментарии