ЧЕТВЕРГ, 21 ФЕВРАЛЯ 2019 ГОДА
16790 15-01-2019, 15:55

Национальное единство в Казахстане: кто и почему его «заморозил»?


Патриотические лозунги о единстве и братстве проживающих в Казахстане народов все больше обесцениваются. Нет, они звучат все с той же настойчивостью, но уже не способны достичь цели. Изменения, происходящие в нашем обществе, не позволяют им достучаться до умов и сердец многих казахстанцев, погрязших в выяснении отношений и сведении счетов. Казалось бы, в такой ситуации государственные институты должны экстренно ставить подпорки под разваливающийся фундамент, чтобы не допустить его окончательного разрушения. Но, как выясняется, делать это попросту некому. Ответственный за сохранение межэтнического согласия в стране госорган – Министерство общественного развития (МОР) – похоже, самоустранился от этой задачи, сконцентрировавшись на других направлениях.

Относительная арифметика

Сегодня в информационном поле он больше проявляет себя как проводник государственной политики в религиозной сфере (все-таки своим происхождением ведомство обязано именно ей) и в реализации молодежной политики, которой посвящен начавшийся год, а также как посредник в отношениях с гражданским сектором. К заметным, хотя и неоднозначным инициативам министерства, можно отнести разработку новой концепции деятельности общественных советов и новой схемы грантового финансирования НПО в рамках государственного социального заказа, разработку «дорожной карты», направленной на поддержание института семьи

Между тем, когда на базе МДРиГО было создано Министерство общественного развития, эксперты выражали надежду на то, что государство тем самым дает понять, насколько важны для него сохранение внутриполитической стабильности и налаживание конструктивного диалога не только в религиозной среде, но и в сфере общественных отношений. Похоже, они были настроены слишком оптимистично. Как ни печально, но работа ведомства на самом важном сегодня фронте, где все чаще происходят межнациональные разборки, попросту незаметна. Даже тиына министерство не потратило на разработку того, что для общества, находящегося в кризисе, способно стать объединительной идеей, на выявление и вычленение тех духовных ценностей и приоритетов, которые могли бы сплотить людей при всей разнице в их менталитетах. Во всяком случае, информации о такого рода работе в свободном доступе днем с огнем не сыщешь… А вот на мебельный гарнитур для своего «фронт-офиса» ведомство, если верить сайту государственных закупок, не пожалело почти шесть миллионов тенге.

Обеспечение внутриполитической стабильности, межконфессионального и межэтнического согласия является одной из основных задач министерства. Так гласит утвержденное постановлением правительства РК положение, регламентирующее его деятельность. Но на практике получается не совсем то, что ожидалось. Входящий в состав министерства комитет общественного согласия, на который возложена ответственность за это направление, «ловить мышей» отказывается и, очевидно (судя по мнениям, высказываемым в социальных сетях), доверием у населения не пользуется. Если называть вещи своими именами, то его деятельность, по сути, парализована. И произошло это задолго до злополучных событий, вызванных задержанием по подозрению в получении взятки Кайсара Джанаханова, который и возглавлял комитет.

Судите сами. Последнее обновление новостей, касающихся деятельности комитета, датировано серединой декабря прошлого года. Раздел «Анализ обращений» на его странице не обновлялся и того больше. Единственный размещенный в этом разделе документ называется «Информация по обращениям физических и юридических лиц, поступивших на рассмотрение Комитета по делам религий Министерства по делам религий и гражданского общества Республики Казахстанза I полугодие 2018 года» (то есть он достался в наследство от предшественников). И все, больше ничего. Такого рода примеров, если пройтись по закоулкам официального сайта министерства, можно привести немало.

Очевидный перекос

Только не подумайте, что мы намекаем на то, будто сотрудники комитета бьют баклуши. Это не так. Ведь в зону их ответственности входят вопросы, связанные не только с обеспечением межэтнического и межконфессионального согласия, но и с религиозной сферой, благотворительностью. И, например, в том, что касается религии, различных мероприятий проводится достаточно. Скажем, в сентябре прошлого года сотрудники комитета организовали обучающий тренинг для журналистов, в ноябре – очередной, уже восьмой по счету, форум религиоведов Казахстана. Десятки миллионов тенге осваивает комитет через мероприятия по повышению квалификации теологов, работающих в регионах. На наступивший год запланировано внедрение в школьную программу нового учебника «Общество и религия»…

С другой стороны, все это свидетельствует о явном перекосе в деятельности комитета – он сконцентрировался исключительно на религиозной сфере. Безусловно, это важное направление работы, особенно в условиях увеличения количества верующих в Казахстане, распространения радикальных течений ислама, ухода молодежи в тоталитарные секты. Но ведь есть и другие, не менее остро стоящие перед обществом и даже раскалывающие его проблемы. Однако создается ощущение, что в министерстве либо недооценивают их, либо не знают, как к ним подступиться. И даже когда происходит какое-то резонансное ЧП, его руководство никак на это не реагирует. Так, в частности, было и во время недавних событий в Караганде.

Кстати, можно вспомнить лишь один случай, когда представители упомянутого комитета более или менее адекватно откликнулись на поступивший сигнал. Речь идет о распространившихся слухах, будто в Казахстане начнут сносить мечети, расположенные близ общеобразовательных учреждений. Буквально на следующий день появилось официальное разъяснение, что эти разговоры не соответствуют действительности. Но, повторяем, это был единственный случай, причем опять-таки касавшийся религиозной сферы. Больше чиновники этого комитета подобной прыти не проявляли. Зато наблюдалось другое – их явная любовь к участию в разного рода конференциях, семинарах и «круглых столах».

Акцент на религию в ущерб другим направлениям отчасти вызван, наверное, тем, что в наследство комитету достались аналитические структуры, работающие исключительно на этом поле. Речь идет о республиканских государственных учреждениях «Международный центр культур и религий» и «Научно-исследовательский и аналитический центр по вопросам религии». Но ведь и при распределении госзаказа на проведение исследований между частными структурами комитет делает очевидный и чрезмерный крен в сторону «любимой» проблематики. Назовем только некоторые темы, на которые он выделил деньги в прошлом году: «Оценка государственной политики в религиозной сфере населением Казахстана», «Отражение в общественном сознании угрозы религиозного экстремизма и терроризма», «Состояние государственно-конфессиональных отношений: оценка экспертов и населения», «Мнения и оценки населения в отношении нетрадиционных для Казахстана религиозных течений»…

Не исключено, что при поддержке комитета организуются какие-то исследования, касающиеся межнациональных отношений, противодействия негативным тенденциям в данной сфере, укрепления единства народа Казахстана. Но если это так, то где их результаты, каковы выводы, к которым пришли эксперты и аналитики, какое применение они находят на практике? Похоже, эти вопросы – не более чем риторические. Во всяком случае, о таких исследованиях практически ничего не слышно.

Вместо P.S.

Словом, в деятельности комитета – «тезки» министерства, в состав которого он входит (а значит, приоритетного, ключевого во всем ведомстве) – явно отсутствует концептуальный подход, и особенно это касается такого направления, как укрепление внутриполитической стабильности и противодействие межнациональным конфликтам. Причем есть такое ощущение, что комитет даже и не собирается его вырабатывать, предпочитая катиться по накатанным рельсам, проложенным еще прошлой командой министерства, которое тогда именовалось иначе.

Например, в плане государственных закупок на текущий год мы видим все тот же перекос в сторону религиозной сферы. Тут и республиканский семинар-тренинг по предупреждению распространения радикальных религиозных идей с участием представителей казахстанских СМИ и общественных организаций; и собрания представителей религиозных объединений; и научно-практическая конференция по профилактике религиозного экстремизма и терроризма; и т.д. и т.п. из этой же серии.

Напрашивается вопрос: на что рассчитывает команда Дархана Калетаева, игнорируя, по сути, одно из самых важных направлений, которым она должна заниматься? На то, что пронесет? На то, что в случае, когда Рубикон общественного согласия будет перейден, а тонкие грани толерантности порваны, можно будет прикрыться Кораном или Библией? Или, может, на то, что благодаря своим особым качествам (а министр, судя по комментариям, довольно высокого мнения даже о тех своих «помощниках», которые попали под прицел антикоррупционных служб) она сумеет успешно выступить с номером «пожарная команда»? Весьма и весьма сомнительно…

 

Комментарии