ВТОРНИК, 29 СЕНТЯБРЯ 2020 ГОДА
3585 3-07-2015, 01:30

Один день из предыстории Астаны


"Нелегко писать о такой многогранной личности, как Нурсултан Назарбаев. Причина проста: уж слишком велик его вклад в рождение и становление республики", - пишет в своей книге "Великое кочевье" Бигельды Габдуллин. С ним невозможно не согласиться. А потому мы взяли лишь один фрагмент из жизни президента, где во всей полноте проявились цельность его натуры и удивительная прозорливость. Мы не ручаемся за документальную точность рассказа, детали могли быть иными, но суть эпохи и беспокойный ветер перемен - они неповторимы.

…Он привычно занял место на заднем сиденье и тотчас ощутил фантастический запах из, казалось бы, безвозвратного детства.

- Что это?

- Клубника, - сказал шофер. - Первая клубника.

И протянул ему пиалу, наполненную до краев крупными алыми ягодами.

- Так вроде рано еще.

- Моя мама знает особый секрет.

Ягоды были как на подбор и источали волшебный аромат. Он взял одну на пробу. Она долго истаивала во рту, будя целый пласт далеких радужных воспоминаний. И он решительно вернул пиалу шоферу:

- Передай Айсултану, порадуй малыша.

- Понял. Будет сделано.

Уже одна мысль о младшем внуке могла выбить из седла. И он, гася невольную улыбку, принахмурился даже. А потом… Потом было уже не до сантиментов. И по дороге в аэропорт он раскрыл папку с бумагами, лишь машинально отметив про себя, что город за ночь как бы и не проветрился, не очистил легкие для нового дня. Столицу душит транспорт, растущий автопарк стал сущим наказанием для Алматы.

Это была плановая поезд­ка президента в регион со всеми сопутствующими такой поездке ингредиентами. Он был предельно собран и сосредоточен. Но когда лайнер приземлился в Акмоле, когда пассажир номер один пошел на выход и ступил на трап самолета, он в первое мгновение опешил даже. Потому как его тотчас взял в свои крепкие объятия акмолинский ветер, взвихривая полы пиджака, по-свойски взлохмачивая шевелюру и как бы пытаясь внести беспорядок и разнобой в его планы и мысли.

Какой-то комсомольский задор был в этом степном порывистом ветре, дышалось по-молодому, полной грудью, как это было когда-то в Темиртау и Караганде, а еще раньше, на заре туманной юности, в Днепродзержинске. Вот бы такой ветер да в Алматы, подумалось ему. В предгорьях Алатау подобное в принципе исключено. В Алматы климат носит - как бы это сказать точнее? - совещательный голос. Нет, бывают пылевые бури, сухие грозы, но это не для демонстрации силы и даже не для острастки, а так - для разнообразия жизни.

Должность обязывала его вести дорожный образ жизни. Но каждый раз, томясь из-за пурги и прочих метеоне­удобств часы, а то и сутки в аэропорту Костаная, Актобе или Семея, он по прибытии в Алматы обнаруживал почти невозможное, неземное затишье. Оно должно бы восприниматься как благо, но на деле оборачивалось сплошным негативом. И если глянуть на город с Чимбулака… Да что там! Даже с Кок-Тобе на город лучше не смотреть. Он словно бы покрыт кошмой, и почти физически чувствуешь, что город задыхается. Ко всему прочему Алматы был предельно плотно застроен, и перспектив для его дальнейшего расширения не просматривалось…

А здесь, в Акмоле, пространства были безграничны, дали смотрелись прозрачно и ясно. И после Алматы непривычными были просторы, что открывались вокруг, будоража воображение и настраивая сердце на смелые мечты.

Кавалькада машин притормозила у первого светофора. И было видно, как по переулку по-кавалерийски мчался ветер, взвихривая пыль и песок. Картинка эта отчего-то западала в душу, не вызывая негатива, а, напротив, вселяя оптимизм.

И вот он - Дворец целинников, ему вскоре суждено будет стать Конгресс-холлом. И центральная площадь города, которая в те годы казалась огромной. И здание Дома Советов - в период становления новой столицы оно в течение нескольких суровых лет будет резиденцией главы государства. Помнится, именно здесь проходила встреча президента с раввинами тридцати стран, и мне, журналисту, удалось на ней побывать. Это было в преддверие первого съезда лидеров мировых и традиционных религий. Не помню, о чем конкретно там шла речь, но по результатам той встречи я выдал на-гора разворот в газете. Меня восхитила менора, которую раввины преподнесли Нурсултану Назарбаеву. То был символ надежды на мир и согласие, которые в глазах раввинов олицетворял наш президент. Я тогда засмотрелся на это искусное изделие еврейских зергеров. Интересно, из какого металла изготовлен подсвечник? Наверное, я не просто подумал об этом, но и вполголоса, чуть слышно произнес свой вопрос. Потому что раввин, стоявший рядом со мной (я уж не помню, из какой он страны) так же чуть слышно, вполголоса сказал, чуть припадая на букву "р":

- Сильвербро.

И этот межъязыковой гибрид был поразителен. Мы разговаривали как бы на разных языках, но поняли друг друга с полушепота. И уже тогда мне стала ясна прозорливость президента, инициировавшего и создание Ассамблеи народа Казахстана, и проведение съездов мировых и традиционных религий, потому как он задумал построить на берегах Ишима не вавилонскую башню, чтобы удивлять белый свет, а столицу государства, где возможно взаимопонимание людей поверх этнических и языковых барьеров.

Но это потом, потом...

А в те годы, о которых здесь идет речь и которые мы сегодня называем "лихими 90-ми", никому и в голову не приходило и не могло прийти, что не за горами тот день и час, когда жизнь Акмолы, этого захолустного в общем-то города, переменится в корне. Что не фантом, не сказка - те проспекты и дворцы, что здесь появятся вскоре. Что современный новый город с неповторимым обликом и стилем будет иметь все основания войти в число тридцати лучших городов мира.

…Повестка дня была сверхплотной, и надо было уложиться за день, он не любил незавершенок, это было не в его стиле. И он не то чтобы спешил, а как бы переуплотнял график работы. И когда удлинились тени, когда день настроился на вечер, вдруг обнаружилось, что можно, нужно ехать в аэропорт.

И вновь кавалькада машин притормозила у послед­него светофора. И ветер, игравший в догонялки с пустым пластиковым пакетом, вновь промчался по переулку. И хоть воздух за окошком машины был явно с пыльцой, но отчего-то хотелось не задраивать люки, а, наоборот, открыть их. Там, за окном, был свежий воздух, и, вдохнув его всей грудью, впрямь ощутишь его свежесть, дарующую ясность мысли, покой и уверенность в завтрашнем дне.

Когда они переехали через Ишим и надо было поворачивать вправо, к аэропорту, он негромко сказал шоферу:

- А давай-ка возьмем чуть левее.

И шофер, вышколенный по первому классу, без звука вырулил левее. Кавалькада машин тоже взяла влево.

Он вышел из кабины, как бы разминая ноги. Задумчиво и долго смотрел на неказистые строения левобережья. На ум упрямо шли пушкинские строки из "Медного всадника": "По мшистым топким берегам чернели избы здесь и там, приют убогого чухонца". Ну, положим, не убогого и не чухонца, а коренного жителя тутошних мест, который наперекор ветрам и вьюгам живет здесь искони веков и любит эту суровую землю - она благословенна и дана ему от Бога.

Но тут ему вспомнилось и начало "Медного всадника": "На берегу пустынных волн стоял он, дум великих полн". Усмешка тронула его губы, спасительная самоирония всегда была на страже. Хотя… Вот с кем он посоветовался бы именно сейчас, вот чьи резоны он выслушал бы с готовностью.

И вдруг неведомо откуда-то, словно из-под земли, явился всадник на вполне себе хорошем коне. Служба охраны кинулась ему наперерез. Ретивые, однако, ребята. И лишь отмашка самого остановила их.

Всадник спешился. Уважительно пожал руку. Внимательно глянул на машину:

- Хороший тулпар.

- Ну, лучшая машина - это лошадь.

- Тоже верно. Без коня казаху никак, - сказал аксакал. И произнес полувопросом:

- Работаете, значит.

- Приходится работать. А как иначе.

Сейчас бы махнуть в седло, пришпорить коня и дать ему волю, покоряясь безудержному сердцебиению и той страсти, что неистребима в душе степняка. Но - куда там… Вот он и ответ на вопрос вопросов: "Работаете, значит…"

Он сокрушенно вздохнул. Коснулся ладонью бархатистой скулы коня. Тот сторожко глянул на всех, кто рядом. А в лиловой глубине его глаза отражались и травинки у копыта, и безмерное небо, и невообразимая даль горизонта. И вдруг почудилось, что там отражаются дворцы и проспекты, которых нет, но которые будут.

И он вдруг попросил старика:

- Дай, аксакал, мне бата.

И то наваждение, то, что почудилось ему в те мгновения, было столь сильным, что потом, уже в салоне самолета, одолевая дрему под реактивный гул, он размышлял о столицах, что возникли из небытия. Возникли как бы по велению Творца, но и по воле человека, облеченного властью, которому дано было осознать, что страна не сможет жить так, как жила раньше, что новая столица есть веление времени и без нее у страны нет и не может быть будущего. Он вспоминал все, что читал и знал об этом.

О городе Бразилиа, возникшем в сердце джунглей и по прихоти его создателей имеющем абрис самолета. О том же Санкт-Петербурге, воздвигнутом волей Петра. Об Анкаре - этом дивном детище Ататюрка. О том, как непросто рождались эти города и не родиться не могли. Он думал о далеких странах и о превратностях судьбы, которые вызывали к жизни новые столицы, а лицо его словно бы овевал тугой неутомимый ветер Сары-Арки, вдали как бы виднелись излучины Ишима в зеленых тучных тугаях и даль степная, неохватная, как небо, щемящая душу, как вещая мелодия Курмангазы. Все это вошло в его сердце, лишило покоя, открыло в нем второе зрение, пронзающее пелену грядущих дней…

Собственно, план этот вызревал давно, но мало кто принимал его всерьез. Противники переноса столицы Казахстана считали, что дело это затеяно некстати. Страна переживает трудные времена, а передислокация всех административно-управленченских служб потребует огромных средств, не говоря уже о затратах на строительство. "Психологически мою идею о переносе столицы поддержали немногие. Даже в моей семье не все были "за". Все надо было начинать практически с чистого листа", - вспоминал сам Нурсултан Назарбаев.

А вот что пишет Бигельды Габдуллин в своей книге "Великое кочевье":

"В моей памяти жив тот негромкий сентябрьский денек, когда вышел Указ "О столице Республики Казахстан", имеющий силу закона. В тот день я поднялся на Кок-Тобе, именно там транзистор донес до меня эту весть. Я с грустью смотрел на панораму города, на немыслимые дали, тающие у горизонта. Я родился вдали от этих мест, но за годы жизни в Алматы город стал мне родным и близким. Я был не то чтобы против переноса столицы в Акмолу, нет. Но… время ли сейчас, в 1995-м, осуществлять подобные амбициозные проекты? Есть проблемы куда насущнее и важнее. И потом - перенесут отсюда столицу, и захиреет Алматы, станет неприбранным и ветхим провинциальным захолустьем. Так думали многие. Может быть, даже так думали почти все. Кроме одного человека, который подписал Указ, имеющий силу закона. Сегодня я рад, что все оказались неправы, кроме того, кто подписал Указ. И вновь меня поражают его воля, его сила духа. И бесстрашие".

…Самолет перед посадкой сделал круг над Алматы, как бы демонстрируя панораму столицы у подножия гор. Город был подернут дымкой выхлопных газов. Впрочем, на земле это как бы не чувствовалось.

А в салоне автомобиля стоял все тот же утренний запах клубники.

- Внуку передал? - спросил он у шофера. Тот даже не стал уточнять, о чем речь.

- А как же!

- И что он?

- Ну как это - что? - улыбнулся шофер. - Умял за милую душу. Дети это любят. Витамины как-никак.

Комментарии

Author катя
Редактировать / Удалить/ Цитировать
03-июл-2015, 13:38

что говорить...решение перезда далась не легко..но тем не менее Ельбасы сделал это!! и все у него получилось!! сегодняшний город тому доказательство...

Author Максат
Редактировать / Удалить/ Цитировать
03-июл-2015, 15:05

Сейчас Астана это визитка всей нашей страны! И я как гражданин Казахстана очень горжусь ей!

Author Арман
Редактировать / Удалить/ Цитировать
03-июл-2015, 17:54

Затянул рассказ, нужно будет обязательно прочитать книгу, я аж почувствовал запах клубники и мельком позавидовал Айсултану, столица была построена быстро это был один из самых грандиозных переездов за всю историю нашей страны

Астана это ребенок Елбасы, который он создал и воспитал

Посмотри старые фотки 97 года и сейчас два разных города, столица нашего государства

Столица нашего государства дай бог в скором времени если так дальше пойдет будет столицей Азии