СУББОТА, 20 ИЮЛЯ 2019 ГОДА
27550 1-02-2019, 06:00

Опять одни «понты»: кто тянул Ерболата Досаева за язык?


На этой неделе Нурсултан Назарбаев провел расширенное заседание правительства, в ходе которого в очередной раз поднял остро стоящую перед Казахстаном проблему импортозамещения. Государственные мужи, конечно же, разом вытянулись в струнку, взяли под козырек  и синхронно отрапортовали: «Так точно, сделаем». Но почему-то кажется, что сказка про товары собственного производства так и останется сказкой. Хотя бы потому, что наши чиновники, как и прежде, грезят исключительно грандиозными планами, на реализацию которых нужны столь же грандиозные суммы. Начинать же «с азов» они считают мелким и недостойным их внимания…

Слово как воробей – вылетело и «нагадило»

Но вернемся к совещанию под председательством президента. Возможно, если бы вице-премьер Ерболат Досаев не произнес первым «всуе» слово «импортозамещение», глава государства не сделал бы столь жесткий акцент на этой теме. Конечно, Ерболат Аскарбекович – политик опытный и должен был понимать, какой силы пороховой заряд он закладывает и под собственное кресло, и под кресла многих своих коллег по правительству, без особой надобности апеллируя к одному из главных провалов нашей экономики. Однако не удержался. А слово как воробей - вылетело и «нагадило». Причем на самого господина Досаева попало немного…

Дело было так. Председатель Нацбанка Данияр Акишев докладывал о запуске механизма предоставления 600 миллиардов тенге для кредитования приоритетных секторов экономики  (необходимость чего вытекает из последнего президентского Послания). Глава государства  поинтересовался, куда и на что конкретно пойдут эти деньги. И тут прояснить вопрос решил Ерболат Досаев, который гордо заявил: «Совместно с НПП «Атамекен» и госорганами мы определили даже товарные позиции, которые нужны на импортозамещение либо на экспорт. Суммы определены, банки-участники готовы…».

Неловкость момента попытались сгладить министры, отчитывавшиеся об успехах в курируемых отраслях. Но «ружье» благодаря вице-премьеру Досаеву уже выстрелило, и лейтмотивом последующих замечаний президента так или иначе становились проблемы импортозамещения:

«...Переработанное мясо завозим, молоко из Беларуси везём... Даже сахар мы завозим. Почему не изготавливаем то, что можем?», - поинтересовался глава государства у министра сельского хозяйства Умирзака Шукеева. Тот в свое оправдание пытался апеллировать к неким проектам по производству колбас, масла, молочных продуктов,  но, в конце  концов, честно признался, что «в принципе, это не делает погоду», и пообещал: «Сделаем. У нас есть определённые планы».

Министру индустрии и инфраструктурного развития Женису Касымбеку «повезло» куда больше, чем предыдущему оратору.  Просвистевшая мимо него «пуля» отрикошетила и попала в главного «героя» совещания – Досаева. Сначала президент обратился к  Касымбеку: «Одежда, самая простая одежда... Всё у нас привозится из-за рубежа. Ладно, модницы и модники есть, им подавай «шанель-манель» и так далее. Но простой народ... Вчера на встрече с молодёжью, на открытии Года молодёжи, мне показали отличные костюмы и отличную обувь. Просто не обращаем внимания». После чего все же обратился к «зачинщику» этого разговора: «Почему их не развивать, Ербол?». Вице-премьер, конечно, ответил, но весьма пространно и туманно: «Экономика простых вещей, о которой вы сказали, деньги – 600  миллиардов тенге – будут направлены в первую очередь на импортозамещение… Всё, конечно, производить не будем, но необходимый безопасный уровень производства основных товаров для населения предусмотрен».

Вспомнить все, или Что имел в виду вице-премьер?

Именно Ерболат Аскарбекович в бытность министром национальной экономики стряхнул  накопленную с «нулевых» годов пыль с такого понятия, как импортозамещение. Четыре года назад, выступая на брифинге в Службе центральных коммуникаций, он с жаром говорил о том, что «для усиления мер по казахстанскому содержанию будет возобновлена активная политика импортозамещения через создание новых производств».

Новые производства, конечно, появлялись, и те из них, которые не приказали долго жить (как, например, пресловутый завод планшетников в Актау или заново оживляемый сегодня мегапроект по выпуску биоэтанола), может, и точили по капле камень, мешающий претворить ожидания министра в реальность. Но «активной политикой» то, что происходит в этой сфере последние четыре года, назвать уж точно нельзя.

Многие, наверное, будут удивлены, но, оказывается, у правительства есть четкий план, как быстро и эффективно заменить импортируемую в республику продукцию своей собственной. У него даже есть название – «Комплексный план мероприятий по импортозамещению и развитию новых производств».  Одобрен он был на совещании под председательством первого заместителя премьер-министра  еще  11 мая 2017 года. Да вот незадача – найти этот документ в свободном доступе, чтобы, как минимум, ознакомиться с ним, а, как максимум, сделать выводы об эффективности его реализации, невозможно. Даже официальный сайт правительства не предоставляет такую «услугу». Хотя, вполне возможно, он просто «приказал долго жить», либо его заменили новым планом, что в наших реалиях совсем не редкость. Во всяком случае, последние отчеты о его реализации датированы все тем же 2017 годом. Причем, судя по ним, все пока остается на уровне разговоров.

Вот только один из образчиков этих «документов»: «В настоящее время проводится анализ информации, представляемой местными исполнительными органами, с целью определения проектов готовых для модернизации действующих и/или созданию новых производств, необходимых для насыщения внутреннего рынка товарами, работами и услугами отечественного производства.  Для повышения эффективности замещения импортных товаров отечественной продукцией между Министерством, НПП «Атамекен» и АО «АрселорМиттал Темиртау», ТОО «Евразийская группа», ТОО «Корпорация Казахмыс», ТОО «Казцинк» заключены Трехсторонние соглашения по освоению отечественными предприятиями новых видов продукции. В рамках проводимой работы по реализации трехсторонних соглашений проведен анализ закупок системообразующих предприятий за пятилетний период для определения потребностей в товарах, участвующих в технологическом процессе, ежегодно закупаемых в определенных объемах, с целью организации новых производств. По итогам анализа составлен перечень востребованных и наиболее импортируемых товаров, в который вошли более 1900 товарных позиций. В легкой промышленности реализуется ряд инвестиционных проектов, направленных на открытие новых производств и модернизацию действующих предприятий, таких, как: ТОО «AZALAFabric» - строительство фабрики по производству костюмных тканей; ТОО «КазСПО-N» - запуск новой линии по производству одежды на пуху; ТОО «SAMHAT» - расширение производства: запуск линии производства повседневной обуви; ТОО «Швейная  фирма «Семирамида» - модернизация производства и запуск новой линии по производству сорочек; ТОО «ПИК «ASTANA ЮТАРИЯ LTD» - расширение производства: запуск автоматизированной линии по производству классических костюмов, пальто и плащей».

Было бы смешно, если б не было так грустно. Во-первых, практически все перечисленные предприятия легкой промышленности задолго до появления этого плана заявляли о намерении создать указанные производства. Во-вторых, что это за перечень из 1900 товарных позиций? Существует ли он на самом деле? Если да, то какие товары из данного перечня уже удалось заменить на отечественные? Хотелось бы проверить. Однако этого списка днем с огнем не сыщешь, как и самого плана. Сильно смущает и количество указанных в нем товаров. Аналогичный список еще в 2014 году был принят фондом национального благосостояния «Самрук-Казына», и на всю группу компаний количество товарных позиций в нем не достигало даже сотни. Словом, вопросов больше, чем ответов.

Бег по замкнутому кругу

Вообще, судить о том, чем руководствовался вице-премьер Досаев, делая громкие заявления на совещании под председательством главы государства, довольно сложно.  С одной стороны, вроде бы что-то есть – какие-то меры в стадии разработки, какие-то уже реализуются. А с другой стороны, как бы и нет ничего – сплошная пустота и топтание на месте.

Еще лет десять назад в интервью нашей газете известный экономист Петр Своик говорил:  «На международном рынке мы котируемся только как поставщики сырья, что само по себе не требует наличия какой-либо конкурентоспособности: если у тебя есть сырье – его у тебя купят, если оно некачественное – купят по более низкой цене. Что касается других позиций, за которые страны борются, то у нас тут мертвый штиль. Никаких новых товарных позиций, способных вывести Казахстан на международные рынки, нет, равно как и импортозамещения». Сильно ли сегодняшняя «картина мира» отличается от описанной?

Вопрос этот далеко не риторический. Если бы декларируемые инициативы по импортозамещению хоть на йоту приближали нас к светлому экономическому будущему, то вряд ли осенью прошлого года президенту страны пришлось бы в своем послании говорить о необходимости развивать так называемую «экономику простых вещей», осваивать выпуск широкой номенклатуры товаров народного потребления. Да и депутаты мажилиса Гульжан Карагусова и Аманжан Жамалов  не стали бы чуть позже с парламентской трибуны заявлять о том, что нам нужно запустить масштабную программу импортозамещения «Сделано в Казахстане». Тогда они потребовали от правительства определить приоритетный список импортозамещающих товаров и оказать первоочередную поддержку производителям таких товаров в рамках программы индустриализации и развития агропромышленного комплекса.

Кстати, разработать такой список, особенно по товарным позициям, входящим в перечень продовольственной корзины, еще четыре года назад призывала Национальная палата предпринимателей «Атамекен». Она же предлагала свой план импортозамещения. Среди инициированных ею мер были увеличение заказов отечественным товаропроизводителям и повышение доли малого и среднего бизнеса в закупках государственных органов и квазигосударственного сектора; повышение эффективности поддержки отечественных товаропроизводителей путем введения института индустриальных сертификатов. Кроме того, речь шла о расширении программы инвестиционного субсидирования с охватом всех проектов, направленных на замещение импорта отечественной конкурентоспособной продукцией. «Нужно максимально производить товары в стране и здесь же обеспечить их основное потребление, - говорил тогда председатель НПП Аблай Мырзахметов. - Нет смысла производить Mercedes или Siemens у себя, но выпускать продовольственные товары необходимо. Население тратит 71 процент от доходов на 19 позиций продовольственной корзины – это бытовые, коммунальные услуги, продукты и одежда. По ним 42 процента составляет импорт. В этом направлении и нужно осуществлять ипортозамещение». Но план, предложенный предпринимателями, похоже, затерялся в правительственных коридорах.

Если и дальше такими же темпами вести работу по замещению импорта, то о насыщении внутреннего рынка  казахстанскими товарами нам придется мечтать еще очень долго. Вот если бы связь между «экономикой простых вещей» и суммой в 600 миллиардов тенге, названной в выступлении Досаева, была бы явной и очевидной, то, возможно, перспективы выглядели бы куда более радужными. Но вряд ли вице-премьер собирается  вбухать такую гигантскую сумму в производство гвоздей, посуды, мебели и другой продукции, не требующей значительных капиталовложений и применения сложных технологий. А даже если он именно это и имел в виду, то из-за отсутствия концептуальных подходов к этому вопросу («экономика простых вещей» пока существует лишь в Общенациональном плане мероприятия по реализации Послания в виде второстепенного подпункта) здесь могут возникнуть проблемы…  

 Как вытащить гвозди, вбитые в крышку гроба импортозамещения?

Словом, импортозамещение так и остается для нас сказкой без начала и без конца. Между тем, как отметил глава государства, «эксперты оценивают возможность замещения импортируемых товаров примерно на один триллион тенге внутренним производством».

И обращаясь к Шукееву и Касымбеку, добавил: «Один триллион тенге, Умирзак и Женис. Такая возможность лежит на поверхности, а как это сделать, зависит от нашей работы. За это нам зарплату платят».

Хотелось бы думать, что господа министры побоятся потерять свои зарплаты и придумают что-нибудь эдакое, что спровоцирует некое движение вперед в этом вопросе. Но опять же в подобный сценарий верится слабо, даже если главы ведомств скооперируются и будут действовать сообща.

Несмотря на то, что слово «импортозамещение» регулярно  звучит с самых разных трибун, единого документа, аналогичного действовавшей в «нулевых» годах программе, нет. Как нет и анализа, расчета по отраслям и по отдельным видам товаров и услуг, прогнозных выкладок, концептуального видения. Есть лишь некоторые ссылки на это понятие и связанные с ним ожидания в отраслевых программах, ГПФИИР, соответствующих поручениях президента, перечне государственных мер, направленных на поддержку конкурентоспособности отдельных отраслей. Отчасти политике импортозамещения соответствует программа по развитию казахстанского содержания, на основе которой  в последнее время и строилась поддержка отечественных производителей. Но это явное сужение решения проблемы с засильем импорта, к тому же все зависит о того, кто и как подсчитывает его долю. Помнится, пару лет назад представитель НПП «Атамекен» раскрыл секрет популярного фокуса: «Предприниматели берут в расчет зарплату, НДС, маржу и прочие показатели. Так можно «накрутить» до 70 процентов казахстанского содержания в любой продукции».

Пока мы будем изобретать велосипед, разрабатывая некие мифические планы и перечни, делая  ставку на проекты, способные потрясти воображение (вроде выпуска собственных компьютеров), а не начнем с банального производства собственных гвоздей и прочей «мелочи», как поступили когда-то в Китае, Бразилии, Мексике, странах Восточной Азии, мы так и продолжим блуждать в лабиринтах импортозамещения…

 

Комментарии