ПОНЕДЕЛЬНИК, 17 ДЕКАБРЯ 2018 ГОДА
1885 6-07-2017, 00:02

Противоестественная связь министров с населением


Руководители казахстанских министерств и ведомств в течение трех последних месяцев «ходили в народ». Конечно, не по своей воле. Проводить отчетные встречи с населением их обязывает законодательство. Хотя, наверное, зря. Как и в случае с отчетами акимов, формат этих мероприятий приводит только к одному – к имитации несуществующей связи чиновников со всеми нами.

Держать  реальный ответ перед народом наши министры, похоже, и не собирались. Второй год подряд они изображают открытость, превращая в общем-то хорошую и нужную затею в тот самый спектакль, в котором добрый десяток лет участвуют акимы разных уровней. Аншлага не получается ни у тех, ни у других. И дело тут вовсе не в отсутствии интереса к подобного рода постановкам со стороны массового «зрителя». Как раз наоборот. Проблема в том, что сами «актеры» предпочитают приватные перфомансы, и заставить их выйти на «большую сцену» пока не представляется возможным.

Отчитываться перед населением о проделанной работе руководителей центральных исполнительных органов, за исключением Министерства обороны, обязал принятый осенью 2015-го Закон «О доступе к информации». А в начале прошлого года на свет появился соответствующий Указ президента страны. Но, к сожалению, законодательство и нормативно-правовые акты обрисовывают лишь общие правила игры в открытость и доступность чиновников, не выдвигая при этом ни жестких условий, ни четких критериев. Собственно, такая размытость и позволяет главным героям отчетных встреч заниматься откровенным «читерством», облегчая себе задачу, а попутно и опошляя суть самого процесса.

Если вдаваться в детали, то от министров требуется лишь «ежегодно в течение второго квартала проводить отчетные встречи с представителями общественности, организовав видеоконференцсвязь с регионами, в ходе которых информировать о реализуемых в стране реформах, социально-экономическом развитии, достижении ключевых показателей стратегических планов и задачах по развитию соответствующих отраслей». При этом они должны задействовать созданные при министерствах и ведомствах общественные советы. А также «не позднее десяти календарных дней со дня завершения отчетных встреч обеспечить размещение на официальных интернет-ресурсах… отчетов и перечня проблемных вопросов, поднятых населением, с указанием сроков принятия соответствующих мер. Информацию о ходе решения проблемных вопросов ежеквартально к десятому числу месяца, следующего за отчетным периодом, размещать на официальном сайте».

Задача, как видим, несложная. Но практика показывает, что далеко не все министры выполняют даже этот минимум требований. Судите сами.

Новость об отчетной встрече министра труда и социальной защиты населения Тамары Дуйсеновой появилась на сайте ведомства 21 июня. В ней говорилось, что во время общения «казахстанцы получили ответы на множество вопросов, поступавших в течение месяца». Но что это за вопросы, какие на них были даны ответы, – до сих пор остается загадкой, хотя минуло уже более десяти дней, отведенных на размещение соответствующей информации. Нет по сей день в свободном доступе и полного текста доклада министра (хотя на сторонних ресурсах видеозапись действа обнаружить все же можно). Опубликованы лишь отрывочные фрагменты из него. И, похоже, для министерства подобное стало нормой. Отчета за прошлый год на официальном сайте ведомства тоже не сыскать днем с огнем, как и перечня «проблемных вопросов» с планом их разрешения.

Впрочем, такое отношение министров к отчетным встречам вполне поддается законам логики. Ведь население никак не влияет на оценку эффективности работы госорганов, равно как и на назначение или отставку того или иного государственного топ-менеджера – все это решается в самых высоких кабинетах. Вот и получается, что главное для руководителей центральных органов – провести встречу без эксцессов, дабы не вызвать недовольства «работодателя» и благополучно отчитаться наверх.

Это справедливо и для тех министров, которые все же соблюдают внешние приличия. Возьмем, к примеру, Бахыта Султанова, возглавляющего Минфин. Ему вообще не стыдно поаплодировать стоя. Он сделал все по правилам и даже организовал онлайн-трансляцию самой встречи на сайте министерства и дружественного СМИ. Каждый собственными глазами мог убедиться в том, что население имело возможность задать вопросы главе ведомства и получить на них ответы. А то, что вопросы были далеко не острыми, не злободневными – дело десятое и министра никак не касающееся: просто с «собеседниками» не повезло. Главное – сам факт, к которому, как ни крути, не придерешься. А информацию о том, что существует даже «план», согласно которому ответственные за организацию встречи в регионах должны привести на нее конкретное количество людей из числа «населения» (не исключено, что с заранее заготовленными вопросами), всегда можно не заметить.

Отчетная встреча даже самого открытого из членов правительства – Даурена Абаева, министра информации и коммуникаций, и то вызывает вопросы. На ней присутствовала масса корреспондентов. Но главный вопрос – о природе изменений, вносимых в законодательство о СМИ и неоднозначно воспринятых журналистским сообществом, – они почему-то постеснялись задать.

Вот и получается, что очередной демократический ход, направленный на налаживание открытого диалога власти с народом, так же, как и в случае с акимами, оказался пшиком, бессмыслицей. Эксперты, конечно, утверждают, что такой формат все же лучше, чем ничего. Но насколько правильно и логично спускать такое положение дел на тормозах? Министры, их команды, журналисты, обыватели, сотрудники акиматов, нацкомпаний, участвующие в этих шоу, тратят время на то, что таких трат не стоит. А бюджетные расходы? Кто-нибудь посчитал, в какую копеечку выливаются постановки этих «закрытых спектаклей»?

Конечно, если бы общественные советы при министерствах и ведомствах, перед которыми руководители госорганов тоже отчитываются, не исполняли бы такую же бутафорскую функцию, то мы бы, скорее всего, имели совсем иную «картину мира». Как минимум, они бы вынесли на повестку дня вопросы, касающиеся юридически закрепленных критериев проведения отчетных встреч. В частности, речь может идти об ответах на следующие (далеко не праздные) вопросы. Каким должен быть кворум из числа населения с непременной разбивкой по социальным и возрастным группам (а то зачастую народ у нас представлен сплошь аксакалами), а также по политической принадлежности? Какая практическая польза должна быть от такого общения? Нужно ли мнение народа доносить на самый верх, до тех, кто стоит над отчитывающимися, и если да, то в какой форме? Должны ли отчеты министров за все годы находиться в открытом доступе и в удобоваримом формате, чтобы население имело возможности сравнивать, анализировать, делать выводы о том, насколько они соответствуют реальности, все ли обещания выполняются, насколько меняются ориентиры власти при смене ее представителей.

Это тот самый минимум, который придал бы отчетам министров перед населением нотку здравого смысла. Но, увы – до тех пор, пока все будут делать вид, что в созданной системе их все устраивает, на изменения в подходах рассчитывать не стоит. Сами министры не заинтересованы в переформатировании этого, по сути, одностороннего диалога. Гражданские же активисты в силу объективных причин лишены возможности хоть как-то влиять на то, как протекает странный процесс массовой отчетности чиновников.

Словом, получается замкнутый круг. Под силу ли кому-то разорвать его?

Комментарии