ПЯТНИЦА, 22 ИЮНЯ 2018 ГОДА
2654 12-01-2018, 00:09

Странные танцы «системной оппозиции» в мажилисе

KZ RUS ENG

Парламентская оппозиция в лице «народных коммунис­тов» и представителей «Ак жола» за шесть лет своего присутствия в мажилисе дала сотни концертов, но в признанные и любимые народом «звезды» так и не выбилась. Отчасти потому, что, пытаясь протоптать дорогу в сонм влиятельных персонажей политического поля, активно двигала ногами исключительно на месте.

Плохому танцору всегда что-то мешает
После очередных внеочередных парламентских выборов 2012 года было официально заявлено, что сформированная по их результатам «многопартийная система с доминирующей партией» и есть «оптимальная модель». Но ответа на вопрос, оптимальная для кого и для чего, нет до сих пор. По форме принцип комплектования мажилиса теперь вроде бы соответствует тем самым демократическим принципам, об отсутствии которых критики системы вещали из каждого утюга. По сути же разбавление «нуротановского» большинства меньшинством, уж простите за выражение, средней паршивости не может не вызывать вопросов. И они далеко не риторические.
Как ни крути, но появившаяся на свет новая парламентская оппозиция хоть и пытается строить из себя самостоятельную танцевальную единицу, таковой так и не стала. Да, она нередко выдает то гопака, то цыганочку с выходом в то время как основная масса танцующих увлечена исполнением обрядового «Айкосака», что порой рождает ощущение, будто «оппозиционеры» не пляшут под чужую дудочку. Но чем дольше наблюдаешь разворачивающееся перед глазами действо, тем больше понимаешь, что оно ложное. Парадоксальным образом ритмический рисунок танцевальных экзерсисов партий, призванных придать мажилису статус многопартийного, рано или поздно начинает повторять основной мотив, заданный дирижером. При этом все более и более очевидно, что сателлиты «Нур Отана», толкущиеся на парламентских задворках, не в состоянии ни оттенить, ни подчеркнуть партию «солиста».
Впрочем, опасения по поводу того, что парламентские партии «второго эшелона» только и будут болтаться в водах мажилиса как известная субстанция в проруби, существовали всегда. И, чего греха таить, представители так называемой системной оппозиции своим поведением их только усиливали.
Первые годы своего присутствия в нижней палате парламента депутаты от КНПК и «Ак жола» потратили на примерку масок, представая в образе то этаких беспомощных инженю в рюшечках, то матерых волкодавов, готовых вгрызться в горло самых злободневных проблем. Правда, ни одна личина не прилипала к ним надолго. Начинались новые поиски себя, появлялись новые образы, и в этом круговороте тонула сама суть их пребывания в мажилисе.
Помнится, как представители этих партий обещали, что с их приходом «парламент начнет принимать более реальные для исполнения законы», будет более эффективным и далеким от абстрактных рассуждений. Но, как говорится, обещать – не значит жениться. То ли парламентское меньшинство не рассчитало своих сил, то ли у него изначально было своеобразное понимание эффективности, абстрактности и реальности.
Первые шаги КНПК и «Ак жола» на этой стезе вызывали откровенное уныние. Партия предпринимателей поначалу привлекала к себе внимание лишь скандалами, связанными с получением депутатских мандатов достаточно одиозными персонажами. Какой-либо тактики и тем более стратегии, да даже внятной позиции «акжоловцы» тогда не демонстрировали. Аналогичная картина наблюдалась и в стане коммунистов. Да, им удалось обойтись без скандалов, но, как говорится, хрен редьки не слаще. «Краснознаменная армия», получив мандаты, сконцентрировалась не на выполнении своей предвыборной программы, а на трансформации партийного образа в глазах избирателей. Даже далеко не самые проницательные наблюдатели отмечали, что в новых реалиях «народные коммунисты» чувствуют себя некомфортно. Да и рядовые члены КНПК откровенно на это намекали, заявляя, что «вся аналитическая работа в партии замерла, руководство погрузилось в парламентскую деятельность, а регионы – в организационно-партийную работу, все «наслаждаются» новым статусом партии парламентского типа».
Такое поведение на обоих флангах «системной оппозиции», конечно, можно было списать на болезни роста, вызванные сменой власти в «Ак жоле» буквально перед самым началом предвыборной гонки и растерянностью коммунистов от своего прохождения в мажилис. Дележка портфелей между старичками и новичками, неготовность быстро сориентироваться и осознать свою новую роль в политической системе вполне могли вызвать «разброд и шатания», привести к разобщенности в рядах партий и даже к дискредитации тех посылов, с которыми они шли в парламент. Хотя мериться, кто выше прыгнет и дальше плюнет, партийцы должны были закончить задолго до прикрепления депутатских значков на лацканы своих пиджаков, а в нижнюю палату войти дружными рядами с забитым под завязку арсеналом новых законодательных инициатив. А так получилась обыкновенная профанация, срамным пятном легшая на их имидж.
Как только это дошло до сознания самих членов фракций, они в срочном порядке кинулись его застирывать – мы стали свидетелями бурной деятельности, которую развили новички мажилиса. «Акжоловцы» начали пачками вносить предложения и возражения в законопроекты.

В том числе, надо признать, конструктивные, в основном касавшиеся сокращения количества разрешительных документов, оптимизации контрольно-надзорных функций государственных органов, исключения заведомо коррупционных и оказывающих давле­ние на предпринима­тельство норм из обсуждаемых законопроектов.
Правда, при этом депутаты от «Ак жола» переборщили, и, как следствие, их потуги стали смахивать на известную затычку в бочке, производя эффект не больший, чем буря, поднятая в стакане воды.
Коммунисты же откровенно фриковали – они то выражали вотум недоверия правительству, то предлагали ввести жесткие меры борьбы с коррупцией, вплоть до смертной казни, то вгоняли своих коллег в ступор раздачей конфет и красных ленточек.
В таком угаре парламентские «меньшевики» провели первый срок своего пребывания в мажилисе. Тут стоит вспомнить, что жесткие заявления и налет одиозности были свойственны и депутатскому корпусу предыдущих, «однопартийных», созывов. Поэтому язык не поворачивается сказать, что своим присутствием в нижней палате КНПК и «Ак жол» привнесли что-то новое и как-то поспособствовали переводу ее работы на более качественный уровень.
Впрочем, после выборов 2016 года наметился прогресс. Возможно, партии, назначенные на роль альтернативы «Нур Отану», стали обрастать политическим жирком. Возможно, накопленный опыт придал им уверенности в собственных силах. А, возможно, причина кроется совсем в другом – в уходе из мажилиса ярких депутатов от партии власти вроде Дариги Назарбаевой или Мухтара Тиникеева, и коммунисты со сторонниками «светлого пути» решили заполнить образовавшийся вакуум. Но как бы то ни было именно сейчас пробившиеся в законодательный орган альтернативные партии стали обретать черты парламентской оппозиции.

«Красные» наступают, «белые» прячутся за вожака
Еще не так давно депутаты от КНПК больше были известны своими вокальными (исполняя песни в телевизионных эфирах) и финансовыми (участвуя в покупке акций нацкомпаний) возможностями да бредовыми инициативами, которых был воз и маленькая тележка. Например, они требовали ввести запрет на реализацию «айфонов» ввиду того, что их разблокировка проводится отпечатками пальцев, чем непременно воспользуются иностранные спецслужбы. А каких усилий, чтобы не заработать истерический припадок, стоила казахстанцам их обеспокоенность наличием высокопоставленных гомосексуалистов в рядах Вооруженных сил РК? Но, похоже, подобные эксперименты со здравым и не очень смыслом для членов фракции КНПК остались в прошлом. Коммунисты явно переходят на новый уровень игры, пытаясь соотнести свои возможности с шансами на реализацию собственных программных установок, которые нацелены на решение проблем простого человека. И с этой точки зрения вполне логично, что они поднимают в мажилисе такие вопросы, как низкая доходность пенсионных накоплений граждан, соблюдение прав потребителей, проблемы образования и здравоохранения, а также дольщиков, заемщиков банков, людей с ограниченными возможностями.
Вообще, прошлый год фракция КНПК в мажилисе отработала совсем неплохо. В ее активе более сотни депутатских запросов. И все они, может быть, за редким исключением, были по делу. «Народные коммунисты» будировали самые злободневные темы – от топливного кризиса до внедрения трехъязычия в школьную программу. Кроме того, они неоднократно выступали инициаторами расширенных заседаний в формате общественных слушаний с участием представителей профильных министерств и ведомств, гражданского сектора, а также экспертов по таким проблемам, как положение детей-инвалидов, взыскание алиментов, сельскохозяйственная кооперация, ежегодные паводки… Причем дело не ограничивалось просто обсуждением – по итогам заседаний сообща вырабатывались рекомендации, которые затем направлялись на рассмотрение в правительство.
Немало пятерок и в зачетке «акжоловцев». В минувшем году они не только поднимали вопросы развития предпринимательства, но и активно участвовали в решении социально-значимых вопросов, волнующих большое количество казахстанцев. Скажем, их позиция нашла отражение в законопроектах «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам социального обеспечения», «О государственной адресной социальной помощи». В своих запросах депутаты от «Ак жола» поднимали такие глобальные темы, как необходимость разработки концепции защиты национальных интересов в работе с иностранными инвесторами, отказ от монополии ЕНПФ в сфере управления пенсионными активами, отмена банковской тайны применительно к зарубежным счетам членов правительства и руководителей нацкомпаний, введение уголовной ответственности за коррупционные правонарушения в квазигосударственном секторе.
В то же время складывается ощущение, что «акжоловцы» начинают потихоньку сдуваться. Не исключено, что выдохлись они, ставя рекорды в 2016-м. Тот год стал для этой партии самым урожайным на разного рода инициативы, немалое число которых затем были приняты правительством к практической реализации. В прошлом же году члены фракции больше акцентировали внимание на депутатских запросах. Причем они вернулись к, казалось бы, уже подзабытому за последние несколько лет формату, предоставив право зачитывать эти запросы исключительно лидеру партии. Азат Перуашев снова и швец, и жнец, и на дуде игрец – он единственная звезда в созвездии «Ак жола». Можно даже говорить о своего рода культе личности. А окружающая его шестерка депутатов-однопартийцев стала больше смахивать на обыкновенную «шестерку». Впрочем, в каждой избушке свои погремушки. И если «акжоловцы» готовы заглядывать в рот своему вожаку – это их дело. Но вот вопрос: нужны ли им для этого депутатские мандаты? Может, от партии в парламенте достаточно одного господина Перуашева, а за остальные места пусть поборются другие, более самостоятельные и конструктивные силы?

 

Автор: Юлия Кисткина

Комментарии

Нет комментариев

Комментарии к данной статье отсутствуют. Напишите первым!

Оставить мнение