ЧЕТВЕРГ, 19 СЕНТЯБРЯ 2019 ГОДА
40238 4-05-2019, 17:10

День Победы – праздник, который… разъединяет


С развалом некогда единой страны многие прежние государственные праздники стали уходить в небытие. Но один из них – тот, который «со слезами на глазах», – все еще остается с нами. Правда, нет-нет, да проявляются попытки подвергнуть его решительной ревизии. И именно на этой почве ежегодно, в канун очередной годовщины Дня Победы, в казахстанском сегменте Интернета разгораются нешуточные страсти.

Чтобы понять природу данного явления, мы попросили наших известных соотечественников ответить на возникающие по этому поводу вопросы:

  1. С вашей точки зрения, чем можно объяснить тот странный феномен, что с некоторых пор День Победы в Великой Отечественной войне стал раздражителем общественного мнения и фактически расколол казахстанцев на два лагеря?
  2. Что необходимо для изменения ситуации? Как сделать так, чтобы оба лагеря, оставаясь при своих мнениях, не устраивали каждый год в начале мая полемику со взаимными оскорблениями, чтобы каждый мог отметить эту дату так, как считает нужным (или не отмечать вовсе)?
  3. Как вы оцениваете современный формат празднования Дня Победы, в частности, марш так называемого «Бессмертного полка» и те же георгиевские ленточки?
  4. Чем лично для вас является дата 9 Мая?
  5. Предлагаем взглянуть в не столь уж далекое будущее: как, на ваш взгляд, в Казахстане будут отмечать 100-летие со дня окончания той войны?

Память о войне – это казахстанское и казахское одновременно…

Лайла Ахметова, доктор исторических наук, профессор КазНУ им. Аль-Фараби:

1. Соглашусь с тезисом, что День Победы стал раздражителем общественного мнения. Причин такого положения вещей много.

Первое – это время. С момента окончания войны сменилось несколько поколений. Скажем, когда я была молодой, Октябрьская революция и гражданская война казались нам очень далекими событиями, и мы знали о них гораздо меньше, чем о Великой Отечественной. Почему? Да потому, что наши отцы – непосредственные ее участники – были рядом и служили для нас наглядным примером. Но с каждым годом война отдаляется от нас, и современная молодежь имеет о ней весьма смутное представление, если вообще имеет.

Второе – в корне изменившаяся демографическая ситуация. Точнее, тот ее аспект, что у нас становится все больше граждан, приехавших из-за рубежа. Например, из Турции, которая не была союзницей СССР в войне против гитлеровской Германии. Я сталкивалась с точкой зрения выходцев из этой страны, что, дескать, их эти события не интересуют. Я объясняла им: раз вы приехали жить в Казахстан, то должны принять его историю такой, какой она была.

Третье. Большинство противников празднования Дня Победы – это те, чьи родственники не воевали. Раньше считалось, что каждый шестой житель Казахстана принимал участие в войне, и, следовательно, она затронула практически каждую семью в нашей республике. Сейчас выясняется, что это не совсем так. А для тех, кого война не задела, данная тема не стала кровной. Это в наших национальных традициях – оценивать что-то, исходя из того, насколько оно кровно близкое. И в отсутствии такой близости могут лежать корни некоторого раздражения по поводу празднования Дня Победы.

Есть еще один фактор сугубо субъективного свойства. Ветераны войны стареют, слабеют и уже не в состоянии дать отпор тем, кто ставит под сомнение ценность Победы. Разве можно было лет тридцать-сорок назад представить, чтобы кто-нибудь цинично и неуважительно отзывался об их ратном подвиге? Да за такое тогда, грубо говоря, сразу бы дали по морде. Сегодня, увы, ситуация изменилась. Ветераны дать отпор не могут, а другие просто молчат. Здесь есть доля вины и самого общества. Почему молодежь так мало знает о войне? Да потому что ее никто не воспитывает в соответствующем духе.

Помимо всего прочего, присутствует и историческая обида на нашего северного соседа за эксцессы советского периода. Зачастую какие-то события действительно негативного свойства выдергиваются из контекста эпохи, и начинается их активное педалирование. Отсюда и спекуляции вроде того, что это была не наша война.

Еще одна причина – глубокое невежество, ставшее следствием падения культурного и образовательного уровня общества в целом. Процесс этот начался после развала СССР и, судя по всему, еще не завершился. Мы живем в эпоху, когда на нас обрушиваются огромные потоки непроверенной информации, и люди, особенно молодежь, быстро пропитываются ею, делают неправильные выводы.

Поэтому немудрено, что наше общество стало столь неоднородным в плане восприятия и оценок истории и итогов войны, не может найти ту золотую середину, которая была бы приемлемой для всех.

2. Чтобы переломить ситуацию, необходимо уделять больше внимания вопросам образования и культуры. Народ нуждается в просвещении. Не секрет, что у нас сейчас почти все имеют дипломы о высшем образовании, но мы-то прекрасно понимаем, что за этим кроется на самом деле.

Мы начали преобразовывать общество по западным лекалам, напрочь отрицая все то позитивное, что было у нас до этого. В итоге, отказавшись от достижений прежней эпохи, мы не смогли взамен создать ничего нового и прогрессивного. Слово «советское» стало ругательным. Я лично попадала в ситуации, когда людям становилось плохо только от того, что я приводила положительные примеры из советской практики. Но почему мы акцентируем внимание только на негативе, отрицая позитивный опыт?

Надо учиться вести диалог, не оскорбляя друг друга, стремиться понять оппонентов, беречь историческую память, а не глумиться над памятниками героям прошлого. Нужен цивилизованный подход к решению спорных и разъединяющих моментов.

3. Буквально недавно я с удивлением узнала, что у нас нет законодательно закрепленного формата марша «Бессмертного полка», активной участницей которого я являюсь. Оказывается, во всей Центральной Азии это сделано только в Кыргызстане. У нас проведением марша занимаются исключительно общественные объединения. В последние годы бразды правления в свои руки взяли организации ветеранов-«афганцев», которые предварительно получают санкции от официальных органов. Власть проявляет понимание и дает разрешение на проведение этих шествий.

С моей точки зрения, марш «Бессмертного полка» - удивительное по своей сути мероприятие. Люди участвуют в нем по зову сердца, их никто не обязывает. Там нет никакой кампанейщины, чем зачастую страдают официальные массовые мероприятия. В связи с этим я думаю: может, даже и к лучшему, что власть не утвердила это шествие на законодательном уровне?

Теперь о так называемых георгиевских ленточках. Могу предположить, что здесь российские власти допустили определенную ошибку. Хотя, с другой стороны, ситуацию больше «разогрели» журналисты. Дизайн этой ленточки скопирован с медали «За победу над Германией», которой был награжден и мой отец и которая хранится у меня дома. Я специально сверяла их. Но с чьей-то «легкой руки» ее стали называть георгиевской, апеллируя к образу Святого Георгия. При этом почему-то никто не принял в расчет то обстоятельство, что в самой России проживает много мусульман. И в результате возникала некая волна отторжения.

С точки зрения формальной логики, ленточку все же правильнее называть гвардейской. Тем более что по дизайну она один в один совпадает с вышеупомянутой медалью «За победу над Германией». А разночтения вызваны, если будет угодно, ошибкой идеологического свойства. Конечно, жаль, что она стала причиной неприятия и даже некоторой розни. Этот пример показывает, что в таких деликатных вопросах нужно быть предельно осторожными и все просчитывать заранее.

4. Мой отец - участник и инвалид Великой Отечественной войны, был старшим сержантом. Все мужчины – мои родственники и по отцовской, и по материнской линии – воевали. Кто погиб, кто пропал без вести, кто стал инвалидом. Поэтому понятно, что все мое воспитание прошло под знаком уважительного отношения к ветеранам войны и к памяти тех, кто не вернулся с фронта. Самым наглядным примером был отец.

Кроме того, еще со школьной скамьи я активно занималась поисковой работой. Огромное влияние на меня оказала моя родная школа №36, где располагался медсанбат Панфиловской дивизии, а затем дислоцировался военный госпиталь. Годы учебы в университете тоже оказали свое влияние, тем более что среди наших педагогов было немало фронтовиков.

Все эти факторы в совокупности сформировали мое личное восприятие войны и всего, что с ней связано. Память о Великой Отечественной - для меня святое, традиционное и родное. Это казахстанское и казахское тоже…

5. Думаю, праздник Победы будут отмечать и через сто лет. Я уверена, что придет осознанное, культурное и уважительное отношение к собственной истории. И обязательно гордость за такие ее моменты.

Мы, казахи, на протяжении чуть ли не двух веков до этого не воевали как страна, как народ с оружием в руках. Но даже при этом мы, номады, не растеряли своих воинских качеств – силы духа, мужества, беззаветной преданности долгу. В самый трагический момент мы доказали миру и себе, что защита Родины у нас в крови. Вот на что надо делать упор, вот на каких моментах надо воспитывать подрастающие поколения.

Обратите внимание: в истории Великой Отечественной войны мы по многим позициям находимся на первых ролях. Сколько казахстанцев сложили головы на войне! Сколько у нас Героев Советского Союза, воинов, награжденных орденами и медалями, совершивших беспримерные подвиги! А сколько казахстанских дивизий покрыли себя неувядаемой славой и были отмечены особыми почестями! Такое никогда не может и не должно быть предано забвению.

Поэтому я убеждена, что столетие Победы мы, казахстанцы, будем отмечать широко и с полным на то правом…

 

Праздник Победы – натура уходящая, но все еще живая…

Джанибек Сулеев, веб-издатель:

1. Причин много, и все они объективные. Но есть среди них главные, основополагающие. Если помните, была антигитлеровская коалиция. Так вот, после подписания актов о капитуляции фашистской Германии и милитаристской Японии, едва ли не спустя несколько месяцев, внутри коалиции грянула так называемая «холодная война», и впоследствии кое-кто кое-кого победил в этой войне. И некогда общая Победа стала предметом раздела. Весь западный мир сегодня безоговорочно считает, что Вторую мировую войну завершили Штаты. Ну, а СССР и тем более Европа – их там как будто и не было.

И поскольку в «холодной войне» победили, грубо говоря, Штаты, то это дало «право» на пересмотр и многого другого. В итоге эпоха социализма у нас однозначно мажется черной краской. Порой с использованием огромных передергиваний – не меньших, если не больших, чем те, к которым прибегал «совок» при оценке мировой истории. А разговоры в стиле «лучше бы культурная и цивилизованная Германия выиграла ту войну» или «что вообще казахи делали (?!) на той войне?» – это уже превратилось, если можно так выразиться, в целую идеологию.

И власть наша, скажем так, постимперская, но вместе с тем местами опасно компрадорская (почему-то это мало кем осознается, точнее, артикулируется) таким тенденциям, прямо скажем, потакает. Это когда не более или менее «золотая середина», а именно крен в одну сторону. Только вот крен всегда чреват известными последствиями, в какую бы гавань вы ни направлялись.

Думаю, наши власти уже давно готовы спокойно прикрыть 9 Мая. Нет, не в силу насущных идеологических причин, а из вполне себе прозаических соображений. Какой им резон таскаться с какими-то ветеранами, венками в парки? Разве непонятно, что для нашей власти любое скопление масс, да еще которое эманирует от самих этих масс, – докука и лишняя головная боль? Просто это то последнее, что чиновничья рать не может закрыть раз и навсегда. Не думаю, что население спокойно проглотит, скажем, специальный, политически и идеологически акцентированный указ или закон о полном запрете празднования 9 Мая. Хотя на официальном уровне эта дата у нас уже давно не отмечается.

Праздник Победы – наследие самой оригинальной в истории человечества Империи, Советской Империи, промелькнувшей, с точки зрения всемирной истории, как метеор, но оставившей огромный инверсионный след. Сейчас мало кто помнит, что этот праздник придумали два десятка лет спустя после окончания войны. Вот мы, кому исполнилось 54-55 лет, и есть ровесники истории празднования Дня Победы. По сути, это последний торжественный акт сакрально-идеологического свойства, оставшийся нам в наследство от СССР, когда ковалась (но не сковалась) новая историческая общность – советский народ.

2. Все эти многолюдные празднования, когда в больших городах собираются последние ветераны войны и труженики тыла, люди, скучающие по милому «совку», а, следовательно, и по его датам (допустим, инерция 7 ноября за тридцать лет совсем сошла на нет), те, для кого 9 Мая что-то еще значит, – это все уходящая натура. Но натура еще живая. Поэтому и сетевые, и иные формы «срача» еще будут достаточно долго. И к этим сшибкам мнений я, кстати, не отношусь негативно. У нас и так довольно мертвое общество в плане каких-то больших и реальных дискуссий. Вместо открытых обменов мнениями «за» или «против» по внутриполитическим вопросам можно потусоваться на 9 Мая. Ведь там присутствует элемент некоего единения. И люди идут за этими ощущениями. Пока в Казахстане сборища 9 Мая дубинками не разгоняют, а те, кто витийствует против, не осмеливаются прийти и сказать это участникам празднования вживую, лицом к лицу.

Что касается виртуальных споров, то я сам не без удовольствия в них участвую. И сейчас приведу свои аргументы. Например, ладно 9 Мая, но почему у нас молодые люди вырастают в полном неведении, что такое Вторая мировая война, что она значила конкретно для казахстанской истории, что имеется в виду под таким феноменом, как участие казахов в той войне? На одной чаше весов Мустафа Шокай, который будучи небесталанной личностью, не выиграл ни одной битвы (битва тут в расширительном смысле - он не демиург ни разу). А в контексте 9 Мая он известен тем, что набирал умиравших в концентрационных лагерях военнопленных из Центральной Азии для Туркестанского легиона. Того самого легиона, который не стал заметным явлением, не стяжал воинской славы. И ведь он не забрал из лагерей для военнопленных ВСЕХ. Значит, НЕ ВСЕ, а лишь единицы пошли на службу к германцу.

А на другой чаше весов казахи, боевые лётчики (казахи-летчики!), артиллеристы, генерал- комдив Сабыр Рахимов, снайпер Алия Молдагулова (чьи родные были репрессированы), пулеметчица Маншук Маметова, командир пехотного батальона… с шашкой (полный неуставняк!) на боку Бауржан Момышулы…

Ну и кто из них более достойный идеал для Нации и подрастающих поколений Нации?

3. Негативных оценок по этому поводу я не даю. Хотя понимаю, что это все идет из Москвы, поскольку придумано тамошними политтехнологами. У нас, как водится, подхватили. Москва по-прежнему имеет влияние на нас не меньшее, чем Запад. Ведь там, в России, тоже, несмотря и на дискуссии по поводу войны, и на множество других факторов (тамошняя молодежь в плане исторических знаний о Второй мировой недалеко ушла от нашей), стараются держать под контролем проблему подпитки памяти о Великой Победе. И в этом направлении стараются креативить. Считаю, что, так или иначе, им это удается. И России это необходимо даже чисто в силу практического свойства.

4. Лично для меня это дата, которая остается в памяти. Один мой дед расстрелян, судя по спискам «Мемориала», в Ташкенте. Другой дед воевал, был ранен. Кавалер ордена Красной Звезды. Долгие годы, с конца шестидесятых до начала девяностых, у нас была традиция - ездить в Каскеленский район, в совхоз «Первомай» на 9 Мая к этому дедушке в гости. Деда давно уже нет. Но память о нем сохраняется через память о тех былых посиделках.

Совсем недавно я узнал обстоятельства гибели на фронте своего родного дяди, в честь которого меня и назвали Джанибеком. Он погиб под одной смоленской деревенькой. И у него равный счет с врагом. Его ранили, и он скончался в медсанбате, но перед этим, будучи зеленым юнцом, только что прибывшим на передовую, «снял» немецкого снайпера, чем и обеспечил взятие нужной в том бою позиции для своего подразделения. Теперь за мной несколько должков – побывать в Ташкенте ради другого деда, а затем с сыном поехать в Россию, в Смоленскую губернию, отвезти горсть земли из Алматы туда, а горсть смоленской землицы привезти сюда. Еще планируем снять об этом документальный фильм.

5. Недавно мне довелось побывать в Санкт-Петербурге на мероприятии, посвященном 75-летию полного освобождения города-героя Ленинграда от блокады. До этого, год тому назад, я был в Брянске – там вспоминали партизанскую войну. Метки той войны эти города, да и половина европейской части России, куда дошел фронт, еще носят, и они сохранились до сих пор. Сохраняется и память.

Если смотреть далеко за горизонт, на сто лет вперед, то, думаю, к тому рубежу человечество, как минимум, еще не один раз схлестнётся и тут, на нашей планете, и на космических орбитах. Судя по всему, этого не избежать. Не хотелось бы, но, увы…

Надеюсь, казахи проявят себя и в будущих войнах, а победят те, на чьей стороне будут наши потомки!

 

Комментарии