ЧЕТВЕРГ, 21 МАРТА 2019 ГОДА
3601 21-02-2019, 12:06

Наши моральные ценности: полемика с Бекболатом Тлеуханом


Вопросы морали и нравственности никогда не потеряют своей значимости ни для одного общества, претендующего на цивилизованность. Думается, что и мы, казахи, в этом плане не являемся исключением. Во всяком случае, тот факт, что время от времени вокруг данной темы на страницах отечественных СМИ и в социальных сетях разгораются довольно горячие дискуссии, позволяет на это надеяться.

 

Буквально на днях ее затронул известный исполнитель жырау и по совместительству депутат мажилиса Бекболат Тлеухан. Признаюсь честно, когда я слушаю его как жыршы, то всегда получаю колоссальное удовольствие. Чего, к сожалению, не могу сказать о своей реакции на некоторые его высказывания по общественно-политической тематике. Помнится, несколько лет назад он поразил своим пламенным спичем против учения Дарвина. Но поскольку в этом плане Тлеухан далеко не одинок (в конце 20-х годов прошлого века даже в США было немало противников эволюционной теории), я отнесся к его словам с юмором. Потом он выдал еще несколько запоминающихся экзерсисов, вызвавших недоумение. Но те вопросы, которые он затронул на сей раз, являются фундаментальной основой общественной морали и нравственности, и уже в силу этого его высказывания заслуживают подробного рассмотрения.

Итак, цитата, которую мы позаимствовали у наших коллег с портала Sputniknews.kz: «Молодежь в Казахстане рассматривает работу и профессию не как смысл жизни, а как источник дохода. А ведь профессия на самом деле должна быть смыслом человеческой жизни. Сегодня цель молодых — приехать в Астану и устроиться на государственную службу. Новое поколение перестало думать о созидании. Молодежь не заинтересована в учебе, многие при выборе будущей профессии прислушиваются к совету старших и выбирают дело будущего по общим стереотипам. Не секрет, что к процессу обучения молодые люди относятся формально. Главное - получить диплом».

На первый взгляд, данная депутатом оценка звучит довольно удручающе. Умудренный жизненным опытом человек пеняет молодым за их меркантилизм и недальновидность. Но насколько он прав? Как мне представляется, господин Тлеухан перепутал причинно-следственные связи. Разве можно винить молодежь в том, что она рассматривает работу и профессию не как смысл жизни, а как источник дохода? Наши дети приходят в этот мир неискушенными и по мере взросления впитывают жесткие установки окружающей действительности. И если Тлеухан забыл, то позволю себе напомнить ему: с началом эпохи рыночных реформ государство однозначно дало понять рядовым гражданам, что отныне каждый сам за себя, а понятие «патернализм» стало чуть ли не ругательным словом. Так за что пенять юношам, чье формирование и становление пришлось на эпоху торжества философии золотого Тельца? Разве это не само государство провозгласило лозунг «Обогащайтесь все и как можете!».

А можно ли ставить в вину молодым то, что они стремятся на государственную службу? Как и то, что все они хотят попасть на «хлебные» места? Дети растут не в вакууме, они видят жизнь, слушают разговоры взрослых и сызмальства прекрасно осведомлены о том, что «власть» и «богатство» - синонимичные понятия. И наверняка задаются резонными вопросами типа «если сын акима области становится акимом одного из районов Астаны, то почему этого нельзя мне?».

Стоит ли удивляться тому, что для сегодняшних тинейджеров диплом юриста, финансиста, таможенника или работника правоохранительных органов выглядит намного предпочтительнее звания выпускника пединститута или политеха. А тезис, что молодежь формально относится к процессу обучения, на мой взгляд, не выдерживает никакой критики. Уважаемый депутат должен знать, что учебный процесс стал формальным уже давно и повсеместно, а студенты в данном случае просто выступают в качестве субъектов. Соответственно претензии по этому поводу надобно предъявлять совсем другим адресатам.

Один из путей разрешения проблем казахстанской молодежи Тлеухан видит в возвращении к национальным истокам и к национальному коду. Здесь позволим себе еще одну пространную цитату: «Это то, что осталось в генетической памяти. Например, среди молодых на 40% выросли миграционные настроения. Если мы будем воспитывать их в духе пословицы «Человека тянет туда, где он родился, а собаку тянет туда, где она наелась», то мы поспособствуем возрождению национального достоинства».

Опять же, на первый взгляд, возразить вроде бы нечего. И все же возникают вопросы. Конечно, это не очень хорошо, что в молодежной среде усиливаются миграционные настроения. Для такой малочисленной страны, как Казахстан, потеря даже пары тысяч перспективных граждан уже ощутима. И, тем не менее, насколько действенно будет воспитывать их лишь пословицами, пусть даже корневыми казахскими. Может, лучше заняться выявлением причин роста миграционных настроений, их анализом и последующим искоренением? Ведь наши юноши и девушки уезжают на чужбину не от хорошей жизни и не только в поисках легкой доли. Молодые ищут возможности и условия для самореализации, и если Отечество не в состоянии их предоставить, то кто виноват в этом больше? Уверен, честный ответ на этот вопрос будет более рациональным подходом к решению проблемы. Дети не терпят фальши, и разговаривать с ними нужно искренне.

И наконец, еще один крайне деликатный и весьма болезненный аспект. Но сначала опять цитата: «Кроме того, сейчас все обеспокоены увеличением числа разводов. Казахи говорят: «Плоха та женщина, которая вернулась, плох тот враг, который снова устроил набег». Разве это трудно внедрить в сознание?»

Да, несомненно, рост количества разводов не может не беспокоить. Однако если абсолютизировать приводимую Тлеуханом народную мудрость, то крайней оказывается женщина. Но насколько правильно рассматривать проблему разводов именно в такой плоскости? Уверен, что депутат и жыршы гораздо лучше меня знает, что даже в условиях традиционного общества статус казахской женщины заметно отличался от положения женщин во многих других восточных странах. Она никогда не знала, что такое чадра и паранджа. Ей предоставляли слово на суде биев. Она не была затворницей. Казахская история знает женщин-родоправительниц, воительниц. Все эти моменты нашли отражение в обычном праве казахов, а также в устном народном творчестве.

В этом плане казахское общество в последнее время демонстрирует все больше примеров, свидетельствующих о тревожных тенденциях. За окном XXI век, а мы все глубже погружаемся в трясину непонятного консерватизма и ортодоксии. Причем от таких проявлений отдает воинствующим душком. Все эти так называемые «уятмены», дефилирующие в общественных местах прыткие юноши с камчой в руках, блюстители моральной «чистоты» скульптур и прочие поборники казахской нравственности производят тягостное впечатление, отнюдь не способствуя росту привлекательности имиджа нашей страны.

Не хочу, чтобы читатели подумали, будто я причисляю Бекболата Тлеухана к названной категории моих соотечественников. Более того, я уверен, что по базовым моментам мы с ним занимаем схожие позиции. Например, мне тоже непонятна страусиная позиция Министерства образования и науки по поводу раздачи презервативов казахстанским школьникам.

В то же время, раз Тлеухан апеллирует к национальному коду (хотя не совсем понятно, что имеется в виду), то очень хотелось бы надеяться, что он подразумевает в том числе и уважительное отношение к женщине. И что, исходя из этого, мы должны отвести ей самое достойное место в казахской шкале ценностей. Не поддаваясь на агрессивные выкрики из лагеря ортодоксов, не впадая в маразм архаики и не оглядываясь на суетливые движения «уятменов».

Также хотелось бы верить, что в национальном коде казахов, руководствоваться которым призывает Тлеухан, впредь всегда будет преобладать логика здравого смысла. Правда, поводов для оптимизма пока не так уж много. Например, отечественные СМИ на полном серьезе пишут о том, что на брачном рынке южных регионов девушки-невесты с дипломом о высшем образовании растут в цене (!). Информационные ленты пестрят сообщениями о краже невест. Самые строптивые из них, не желая жить в неволе (а как иначе это можно еще назвать?), выпрыгивают с верхних этажей, калеча свои жизни во всех смыслах. Но самое парадоксальное заключается в том, что даже среди самих молодых людей множатся ряды тех, кто искренне убежден, что удел женщины – это семья, дети, ублажение мужа (даже если он дубасит ее каждый день) и беспрекословное подчинение свекрови.

А как вам такой пассаж: «Девушки с севера Казахстана точно не смогут стать келинками в Мангистау» (цитируем дословно)? Возможно, те, кто не сталкивался с этой информацией в Интернете, подумают, что эти слова принадлежат воинствующему ортодоксу. Но нет, авторство приписывают известному казахстанскому телеведущему Каирбеку Жайлибекулы. Судя по фотографии, вполне симпатичный молодой человек. Да и интервью, которое он дал нашим коллегам с портала Caravan.kz, в принципе, читается без напряжения. Но все же после него остается какой-то не очень приятный осадок. Меньше всего хотелось бы обсуждать и уж тем более осуждать этого молодого человека, поэтому ограничимся простой констатацией сего прискорбного факта. Ну что тут поделаешь, не везет парню с северными девушками…

При всех упомянутых издержках морального свойства есть примеры и обратного рода, когда при оценке проблем семьи и брака наши чиновники демонстрируют государственный подход и мужское начало. Например, министр общественного развития Дархан Калетаев сделал, как мне представляется, очень любопытное предложение по поводу мужчин, бросивших своих детей на произвол судьбы. Вот что он сказал: «У нас же нет в крови бросать, оставлять. Хотя такие случаи есть. Общество должно на эти вещи жестко реагировать. Вплоть до того, что такие люди не должны быть рукопожатными». Возможно, кто-то посчитает такой подход жестковатым, но, на мой взгляд, он бьет в самую точку, поскольку предлагаемая мера не носит карательного характера, а имеет сугубо нравственный аспект. Не знаю, кому как, но мне кажется, что она может дать необходимый эффект.

фото: sputniknews.kz 

Комментарии