ВОСКРЕСЕНЬЕ, 18 НОЯБРЯ 2018 ГОДА
6310 10-06-2016, 00:12

Почему неказахи не поддержали акции протеста и вообще аполитичны?


Во время и после недавних акций протеста против "новой земельной реформы" в СМИ и социальных сетях появилось немало заявлений, вызванных  тем, что неказахское население страны оказалось в стороне от народных выступлений и даже не оказало им хотя бы моральной поддержки. Одни говорили об этом с сожалением, другие - с обидой, третьи - с упреком, а четвертые и вовсе увидели в таком поведении еще одно свидетельство отсутствия у этой части наших граждан патриотизма. Отсюда логически вытекает и другая тема, связанная в целом с низкой политической активностью неказахского населения страны. Своими мнениями по этому поводу делятся известный общественный деятель Жасарал Куанышалин и журналист Женис Байхожа.

Жасарал Куанышалин: "В стране сохраняется водораздел между казахским и неказахским населением"

- Если смотреть правде в глаза и называть вещи своими именами, то, как бы неприятно это ни звучало, в нашей стране существовал прежде, в советско-колониальные времена, и до сих пор, к сожалению, сохраняется своеобразный водораздел между казахским и неказахским населением. Несмотря на то, что они жили и живут рядом друг с другом, каждое из них существует само по себе - как бы в неких параллельных мирах. Подчеркнем сразу: более и острее всего это проявляется в общественно-политической сфере и в первую очередь касается отношений между казахами и русскими с примыкающими к ним так называемыми "русскоязычными". А если точнее - обрусевшими представителями разных этносов, в число которых входит, увы, и определенное количество казахов.

Вот это явление, доставшееся нам в наследство от канувшего в Лету Советского Союза и порожденное спецификой взаимоотношений бывших, с одной стороны, колонизованной, и, с другой, имперской наций, мы с грустью и наблюдаем сегодня на фоне развернувшихся нешуточных страстей, связанных с земельным вопросом в Казахстане.

Нередко из уст политиков, политологов и общественных деятелей, озабоченных, видимо, прежде всего данным обстоятельством, приходится слышать о необходимости построения в нашей республике гражданского общества. При этом они ссылаются на опыт Европы и настаивают на том, что, дескать, у нас должно быть так же, как и там. Разумеется, кто бы против этого возражал: и необходимо, и должно быть...

Однако они забывают о том, что в условиях Казахстана, вчерашней колонии, это выглядит примерно так же, как в свое время пытались в ускоренном темпе сотворить в бывшем СССР - построить социализм, минуя... капитализм.

Дело в том, что, хотя с момента провозглашения независимости нашей страны прошло уже четверть века, в силу целого ряда объективных и субъективных причин (уточнение и анализ коих являются темой отдельного разговора) миллионы представителей неказах­ского населения до сих пор не прошли ту стадию становления, без которой они являются гражданами Казахстана только по паспорту, то есть лишь номинально, а не реально.

Иначе говоря, они не прошли стадию САМООПРЕДЕЛЕНИЯ ЛИЧНОСТИ, которая в данном контексте столь же важна, как и стадия самоопределения нации, которая автоматически пройдена казахским народом в процессе обретения нашей страной государственной независимости. В силу чего в душах, в сердцах многих казахстанцев некоренной национальности так и не возникло чувства кровной, то есть сыновне-дочерней принадлежности к той земле, на которой они живут, к тому государству, гражданами которого они являются. Говоря иначе, чувства принадлежности к ним как к своей РОДИНЕ.

Я не сделаю никакого открытия, если скажу, что многие наши сограждане после развала СССР просто вынуждены были остаться в Казахстане только потому, что у них не было возможности вы­ехать. Те, кто могли, выехали. Причем подобный исход, называемый в науке "репатриацией" ("возвращением на родину") значительной части населения бывших колоний имел место во все времена и во всех случаях, когда происходили развалы империй. Так было при распадах Британской, Испанской, Французской, Голландской, Португальской, Османской, Японской и других империй. 

А в душах многих из тех, кто в силу различных причин был вынужден остаться и формально стать гражданами бывшей колонии, обретшей независимость, возникало чувство горького сожаления от того, что они лишились "большой родины". И даже горькое чувство тоски по ней, что, в свою очередь, влекло за собой ощущение ОТЧУЖДЕННОСТИ от "новой родины".

Таким образом, они становились в ней как бы ВРЕМЕНЩИКАМИ, подверженными невеселым мыслям о том, что "это не моя земля, не моя страна, не моя родина, а посему, в случае чего, я просто уеду отсюда". Так обычно ведут себя квартиранты: сегодня пожил в одной квартире, завтра сменил ее на другую. Поэтому такое отношение к стране проживания не оставляет у них места для простой мысли: "Раз я живу здесь и являюсь гражданином этой страны, то должен заботиться о ее интересах".

Разумеется, я вовсе не утверждаю, что все неказахи таковы. Есть немало и тех, кто искренне считает Казахстан своей единственной родиной и живет ее интересами. Однако, к сожалению, еще больше тех, которые, как показали те же "земельные митинги", так и остались "временщиками". К тому же зачастую думающими, что проблемы казахов - не их проблемы.

И пока миллионы граждан нашей страны не преодолели такой психологический барьер, можно сказать, постколониальный синдром отчужденности, пока они не осознали элементарной истины: "Что плохо для казахов, должно быть плохо и для меня, поскольку мы - граждане одного государства", - говорить о каком-то гражданском обществе попросту бессмысленно. И потому в такой ситуации казахам, к сожалению, придется самим бороться за интересы всего народа Казахстана, по существу - за всех, кто живет в нашей стране.

Между тем если бы казахи и неказахи все вместе, единым фронтом, выходили на мирные митинги, демонстрации и другие общественно-политические акции, поддерживая друг друга в общей борьбе, то, можно не сомневаться, в нашей общей истории не было бы места общенародным трагедиям, а земельная проблема была бы решена однозначно в пользу народа без всяких арестов и судов.

Да и в целом ситуация в Казахстане давно уже была бы гораздо лучше той, что мы имеем сейчас не только в сфере соблюдения основных принципов демократии, свободы слова, прав и свобод человека, но и в социально-экономической области, и в деле строительства прогрессивного во всех отношениях государства. Включая сюда и следующий этап развития нашей страны - этап построения гражданского общества.

Ведь и страны Европы, авангард, так сказать, демократии на планете, и другие развитые государства современности не стали таковыми в одночасье. Все они тоже в свое время проходили процесс становления национальных государств. А потом, уже преодолев эту фазу, они переходили на стадию гражданского общества. Иными словами, всему свое время.

В заключение позволю себе процитировать фрагмент нашего с Маратом Жанузаковым обращения к друзьям и единомышленникам "В борьбе за землю нельзя останавливаться на полпути!", опубликованного в "Фейсбуке" 28 мая 2016 года: "Протестные мероприятия, прокатившиеся по стране, показали, к сожалению, отстраненность неказахской части населения от земельной проблемы. И этот, отнюдь не радующий нас, разумеется, факт стал основанием для некоторых горячих голов обвинить неказахов в различных грехах. А этого как раз, на наш взгляд, не надо делать ни в коем случае. Напротив, причины любого явления, показавшего нежелание части населения страны быть субъектом определенного общественно-политического действия, надо тщательно изучать, искать их корни, не поддаваясь при этом простым и легким объяснениям обывательского толка. Ибо наши сограждане, самоотстранившиеся и пассивные сегодня в важных общественных проблемах, завтра могут под воздействием различных обстоятельств активизироваться и пополнить наши ряды".

Подготовил Кенже Татиля

Женис Байхожа: "В этом повинны и казахские националисты"

Активные и пассивные

- Тема, скажем так, индифферентного поведения неказахов во время недавних акций протеста тесно связана с темой их отстраненности от политической жизни страны вообще. По этому поводу уже высказался целый ряд общественных деятелей и журналистов. Они сочли такое положение дел печальным и сошлись на том, что в подобных условиях достижение главной цели, стоящей перед Казахстаном (переход к действительно демократическому, правовому государству, которое бы отстаивало общенациональные интересы и при этом уважало интересы личности), сильно осложняется. Но вот что касается причин сложившейся ситуации и путей выхода из нее, то тут мнения разделились.

Действительно, в последние годы публичная политическая жизнь в нашей стране, тем более связанная с оппозиционной деятельностью, все больше становится чисто внутриказахским делом. Представители национальных меньшинств, если и участвуют в ней, то опосредованно - через НПО, в том числе правозащитные, а также независимые профсоюзы. Хотя и играют в них важную роль.

Например, Лариса Харькова из ЮКО, интервью с которой не раз публиковались в нашей газете, известна как непримиримый борец за интересы трудящихся. Правозащитница Ольга Климонова из Актобе активно освещала "земельные" митинги и даже удостоилась привода в местный ДВД. Евгений Жовтис и Андрей Свиридов вошли в состав общественного комитета "Араша", созданного с целью отстаивания прав активистов, задержанных полицейскими 21 мая и накануне.

И все-таки в целом можно говорить о политической пассивности "нетитульных". В этом смысле представляет интерес позиция одного из них - журналиста Сергея Дуванова, который выступил в "Республике" со статьей под названием "Куда делись бледнолицые?" (имеется в виду второй по численности этнос в Казахстане). Он ставит тот же диагноз, что и, независимо от него, некоторые другие наблюдатели, включая автора этих строк. Впрочем, диагноз этот уже давно не является секретом для тех, кто внимательно следит за событиями в стране.

Путин и казахские националисты

Если сформулировать коротко, то картина складывается такая. Русские в Казахстане (раз именно о них зашла речь) в большинстве своем, мягко говоря, не испытывают пиетета к существующему в стране политическому режиму, и протестных настроений в их среде, наверное, не меньше, чем в среде казахской. Но их останавливает страх перед возможным приходом к власти националистически настроенных политиков.

Ситуация напоминает шахматный цугцванг, когда любой из возможных вариантов является проигрышным. Либо нынешний режим, авторитарно-полицейский, коррумпированный, хотя и гарантирующий какое-то межэтническое спокойствие в стране, либо казахский национализм со всеми вытекающими из этого последствиями (в лучшем случае "чемодан - вокзал - Россия"). И "нетитульные", естественно, выбирают меньшее (для себя) из зол. Иначе говоря, казахские националисты сами толкают их в объятия власти.

Дуванов тоже говорит о наличии "двух зол", но главный мотив выбора, сделанного "бледнолицыми", объясняет так (цитата): "Казахстанские русские такие, потому что они в значительно большей степени подвержены пропагандисткой обработке российской (а точнее путинской) пропагандой. Они в своей массе держатся за Назарбаева. Он для них куда больший авторитет, чем для казахов. Они свято верят, что он их гарант безопасности против казахского национализма". А местные националисты, как полагает Дуванов, выполняют лишь вспомогательную роль: они "эту веру своими зачастую неумными и неумест­ными поступками очень хорошо подогревают".

Не могу судить о степени влияния "путин­ской" пропаганды - безусловно, оголтелой и по большей части деструктивной. Допускаю, что это влияние велико. Но мы же сегодня говорим не о массах, а о думающей части общества, которая обычно и участвует (так или иначе) в политической жизни страны. Уж она-то, наверное, способна критически оценивать то, что говорят по ТВ и пишут в Интернете, отделять правду от кривды. Надеюсь, Сергей Владимирович все же не имел в виду, что среди "бледнолицых" в Казахстане такой способностью обладают только он и те, кто разделяет его политические убеждения…

На разных берегах…

Впрочем, главное в другом - в том, что Дуванов, как, впрочем, и некоторые другие авторы публикаций на эту тему, явно принижает "вклад" казахских националистов (а их лозунги сегодня  активно используют очень многие деятели, называющие себя оппозицией, и даже кое-кто из провластных политиков) в создание такой ситуации. И причина, скорее всего, даже не в незнании им языка, на котором мест­ные "патриоты" порой делают свои пугающие заявления. Ведь кое-что из этого затем выплескивается в русскоязычный сегмент СМИ и Интернета.

Если даже те, кто называет себя сторонником цивилизованного, просвещенного национализма, почти прямым тексом говорят: "мы, казахи, - главные на этой земле, и только нам решать ее судьбу; наш язык - главный, и только на нем должно говорить все население страны", то о каком сплоченном гражданском обществе, способном предъявить власти консолидированные требования, можно вести речь?

Если эти люди твердо стоят на том, что принцип пропорционального представительства различных этносов в госорганах для Казахстана неприемлем и даже опасен (мол, инородцы распродадут страну, а патриотами, по их мнению, могут быть только "титульные"), то как после этого можно призывать эти самые этносы к политической активности?

Лидеры казахских националистов тоже не прочь порассуждать о единой гражданской нации. Однако они видят ее создание только на собственных условиях, которые вряд ли могут устроить представителей этнических меньшинств. Очевидно, что здесь должно быть встречное движение со взаимными уступками, поиск консенсуса. Но для наших национал-патриотов, как мы не раз убеждались, существуют только два мнения: одно - их, а другое - ошибочное.

Мода на патриотизм

Надо смотреть правде в глаза: ряды националистически настроенных людей в республике растут. И по мере обострения социально-экономического кризиса такая тенденция, скорее всего, усилится - многие страны прошли через это. К тому же никуда не делась наша вечная привычка винить в своих неудачах и бедах кого угодно, но только не самих себя, что часто переносится и на межэтнические отношения. Это во-первых.

Во-вторых, национализм стал модным политическим поветрием, причем не только в Казахстане, но и в других странах - в России, где он порой принимает уродливые формы, в Украине, даже кое-где в Западной Европе… Под его знамена у нас встают и ветераны КПСС, то есть бывшие интернационалисты, и молодые "пассионарии", и просто конъюнктурщики - ведь так хочется "попасть в тренд", прослыть патриотом. А главная проблема заключается в том, что казахский национализм усиленно подпитывается мотивами исторической мести за колониальное прошлое, идеями реваншизма. К чему могут привести подобные настроения, мы хорошо знаем по трагическому опыту 20-го века.

В-третьих, риторика националистов становится все более агрессивной и все более отталкивающей для представителей этнических меньшинств. Да и для той части самих казахов, которая не разделяет их идеологию.

Это явственно просматривается, например, в соцсетях, где все чаще появляются тексты, пропитанные духом ненависти, ксенофобии, и уже упомянутая думающая часть неказахского населения, которая там собирается, наверняка делает для себя выводы. Если бы авторами таких постов были простые обыватели или вовсе какие-то маргинальные личности, то это можно было бы оставить без внимания. Но ведь подобными вещами увлекаются даже вроде бы интеллигентные люди, пользующиеся известностью в стране и авторитетом в определенных кругах.

Двойные стандарты

Чтобы не быть голо­словным, приведу пример. Фамилию называть не стану - в надежде на то, что человек сделал это не вполне осознанно. В середине марта с.г. бывший многолетний руководитель одного из республиканских телеканалов, член политсовета партии власти "Нур Отан" (!), в последнее время активно подвизающийся на ниве нацио­нализма, разместил в "Фейсбуке" пост под заголовком "Вот он, чечен­ский Ататюрк" и дал ссылку на "мудрые" изречения Джохара Дудаева.

Когда автор поста тиражирует высказывания первого президента Чечни о руководстве РФ - это одно. И совершенно другое, когда он через соцсети распространяет слова, оскорбляющие целый народ: "Если в мире есть террористическое государство и в целом народ, то это - Россия и русский народ", "Если б у русских была сила, то они бы с удовольствием станцевали на могилах последних чеченцев". И т.д. Кстати, среди "лайкнувших" этот пост можно увидеть фамилии главных идеологов казахского национализма.

Эстафету у бывшего теледеятеля подхватили газета "Общественная позиция" (проект "DAT") и некоторые другие издания, тоже разместившие на своих страницах изречения Дудаева.

Неужели автор, имеющий очень много подписчиков в "Фейсбуке", не подумал о том, как его пост будет воспринят представителями русского народа в Казахстане? Отсюда логически вытекает и другой вопрос: а как бы он отреагировал на подобный оскорбительный выпад в адрес нас, казахов? Наверняка кипел бы гневом, требовал бы привлечь к ответственности за "разжигание…", и это было бы более чем адекватной реакцией. Но почему он спокойно позволяет себе то, за что резко осуждает других? Двойные стандарты?

Между прочим, в бытность этого человека руководителем телеканала последний постоянно упоминался в ряду тех, кто не соблюдал закон о 50-процентном вещании на государственном языке. Последнее такое упоминание датируется маем 2014-го - это за полгода до его ухода со своего поста: по данным TNS Central Asia, лишь 42 процента контента телеканала было казахскоязычным, тогда как 58 - русскоязычным. Наверное, потому что рейтинги для него были куда важнее. Зато сегодня он в первых рядах радетелей за государственный язык. Такой вот "патриотизм", опять же замешанный на двойных стандартах.

Национализм и демократия

Или возьмите ныне возносимого на щит националистами казахского барда Жаната Есентаева, который находится в заключении и которого собирается защищать уже упомянутый комитет "Араша". С точки зрения тематики песен (резкая критика в адрес властей, обращение к ним с жесткими требованиями) он следует традициям своего знаменитого земляка Махамбета Отемис-улы. В Интернете можно найти аудиоролик, где Жанат поет (вольный перевод автора этих строк с казахского): "На пути к демократии я готов пожертвовать собой. И даже если меня обезглавят как Махамбета, я не успокоюсь". А в плане манеры исполнения он явно "косит" под Владимира Высоцкого: то же пение под гитару, тот же ритмический рисунок песен, те же интонации в голосе, та же хрипотца.

Если его привлекли к ответственности за такие песни, то о нем можно говорить как об узнике совести, заслуживающем сочувствия и широкой общественной поддержки. Но недавно портал 365info.kz разместил скриншоты со странички Есентаева, и там есть такие стихи и посты (в переводе с казахского): "Ненавижу русских как своих врагов. Раз я все равно умру, то вместо того чтобы умереть, лежа дома, лучше пожертвую собой в борьбе", "Ненавижу казахов, которые поддерживают русских, убивавших наших предков". Ну и другие в этом же роде. Каким-то странным образом русофобство (а заодно и такие же фобии в отношении уйгур, китайцев) и ненависть к России в нем сочетаются с откровенным подражательством российскому барду. И обвинение ему предъявлено "за разжигание розни".

Кстати, о демократии, которая упомянута в песне Есентаева и в верности которой клянутся практически все казахские националисты, начиная с патриарха этого движения Жасарала Куанышалина (они даже просят называть себя не иначе как национал-демократами). Один из основных ее постулатов в версии Госдепа США, который для многих либералов является авторитетом, звучит так: "Демократия основана на принципах волеизъявления большинства в сочетании с правами личности и меньшинств. Все государства с демократической формой правления, уважая волю большинства, в то же время ревностно защищают основные права отдельных людей и групп, составляющих меньшинство". К национальным меньшинствам это относится в полной мере.

Вместо заключения

Примеры, подобные приведенным выше, можно продолжать долго. А посмотрите на то, как националисты трактуют многие трагические события нашей общей истории. Например, по их мнению, которое активно тиражируется в СМИ, массовый голод начала 1930-х, эта страшная трагедия казахского народа, - не что иное как геноцид и даже, по классификации отдельных деятелей, этноцид. То есть как бы один этнос сознательно, целенаправленно уничтожал другой. А поскольку всем понятно, какие этносы имеются в виду, то тем самым подобные интерпретаторы истории вольно или невольно вбивают клин между ними.

Попробуйте поставить себя на место людей, которым все время напоминают о якобы преступлениях их предков в отношении местного населения. Которых попрекают ленточками, хотя подавляющее большинство носящих их в Казахстане ассоциируют эти черно-оранжевые ленты исключительно с Победой в войне 1941-45 гг. (ведь главное - это смысл, вкладываемый в тот или иной символ самим человеком, использующим его, а не кем-то другим). Которым постоянно высказывают застарелые обиды за не очень светлую жизнь в СССР (как будто другим народам жилось слаще, чем казахам). И т.д. и т.п. А после этого попробуйте ответить на вопрос: возможно ли в такой ситуации надеяться на создание гражданской нации, внутри которой объединяющих целей будет больше, чем разъединяющих?

Ответ, думаю, очевиден.

Комментарии