ВОСКРЕСЕНЬЕ, 18 НОЯБРЯ 2018 ГОДА
40458 8-11-2018, 16:12

Нам, казахам, надо меняться, иначе «ел болмаймыз»


«Нам, казахам, стоило бы меньше льстить самим себе и чаще говорить друг другу правду» - так называлась статья, опубликованная в Central Asia Monitor больше трех лет назад. И точно такую же фразу сайт esquire.kz  приписывает довольно авторитетному писателю Шерхану Муртазе, который ушел из жизни месяц назад и похороны которого собрали очень много людей.  Но речь сегодня вовсе не о том, кому принадлежит первенство, – эти слова мог произнести кто угодно. Просто появился повод вспомнить их.

Истерика в «Фейсбуке»

Известный казахскоязычный тележурналист Серик Аббас-шах, занимавший довольно высокие должности и в агентстве «Хабар», и в РТРК «Казахстан», опубликовал на своей страничке в «Фейсбуке» пост, в котором так охарактеризовал своих (наших) сородичей: «Өте жалтақ, өте парақор, өте мақтаншақ, өте дарақы, өте жағымпаз халықпыз».

Некоторые из этих определений не имеют однозначного перевода на русский язык, поскольку каждое из них содержит в себе несколько смыслов. Например, слово «жалтақ» может означать «пугливый», «оглядывающийся на чужое мнение», «боящийся не угодить кому-то», а «дарақы» – «глупый», «легкомысленный», «любящий пустить пыль в глаза». С другими проще: «парақор» – мздоимец, взяточник; «мақтаншақ» – хвастливый, тщеславный; «жағымпаз» – угодливый, льстивый, подхалим.        

Этот короткий текст вызвал массу негативных комментариев и «отлупов», в том числе от других журналистов, один из которых, тоже довольно известный, даже назвал автора отступником и предателем нации. Такое возмущение можно было бы понять, если бы Аббас-шах адресовал свой пост, скажем, русскоязычной аудитории. Но ведь он разместил его в том сегменте ФБ, где обретаются только те, кто знает казахский язык. Что страшного, недостойного или криминального в том, что представители какого-то этноса в своем кругу дают нелицеприятную оценку некоторым чертам своего же национального характера? Для многих других народов подобное в порядке вещей, и они далеки от того, чтобы устраивать истерику по этому поводу.

Причем у нас истерят обычно те, кто параллельно и с вящим удовольствием цитирует крайне негативные высказывания русских писателей и философов о русском же народе (тамошняя интеллигенция, особенно дореволюционная, не стеснялась в выражениях, что, впрочем, вовсе нельзя расценивать как свидетельство ее нелюбви к своим соотечественникам, а, скорее, даже наоборот – и то же самое можно сказать о «Қара сөз» Абая). Логика у них примитивно-лобовая: раз они сами о себе говорят такое, значит, действительно, с ними что-то неладно, и значит, мы лучше, достойнее, цивилизованнее соседей и бывших «колонизаторов-узурпаторов». То есть, повышается собственная самооценка. И когда кто-то пытается опустить таких людей с небес на землю, они воспринимают это крайне болезненно. Вспомните, как в начале нынешнего года отдельные СМИ обрушились даже на юмориста Турсынбека Кабатова за его в общем-то безобидные интермедии на чисто бытовые темы: «Почему он не говорит о положительных чертах казахов? Если мы сами черним свою нацию, то чего ожидать от других?».  

С точки зрения этих «радетелей за народ», казахами можно и нужно только восхищаться, гордиться, и именно в этом, на их взгляд, заключается патриотизм. Поскольку в современной действительности очень сложно обнаружить доказательства «особости» и тем более величия нашего этноса, они обращают свой взор в глубину веков. Чуть ли не каждый второй мнит себя знатоком прошлого, в котором видит исключительно мудрых правителей, героических полководцев, выдающихся поэтов и ученых, почти идеально устроенное общество. Создание исторических мифов стало, можно сказать, общенациональным увлечением. Но даже если все это и было на самом деле, какое отношение имеем к нему мы, современные казахи? А главное – достойны ли мы столь славного прошлого? Кто-нибудь из этих людей задает себе такие вопросы?

Например, у греков есть куда больше, чем у нас, оснований хвастать своей историей, но в сегодняшнем мире они чаще ассоциируются не с великой античностью, а с громким финансовым дефолтом, из которого эта страна еле-еле выкарабкалась при помощи Евросоюза. И итальянцы еще относительно недавно ассоциировались не столько с Древним Римом, сколько со всесильной мафией и частыми правительственными кризисами. Вот и мы, сколько бы ни приукрашивали свою историю, будем оцениваться внешним миром по нынешней ситуации в Казахстане, по тому, как живем и что делаем именно сегодня.  

Патриот – не тот, кто медом мажет…

А обустроить свою жизнь, свою страну так, чтобы и в мире нас уважали, и нас самих переполняла гордость за Отечество, мы не сможем до тех пор, пока, помимо всего прочего, не изживем в себе некоторые, мягко говоря, особенности нашего национального характера. В том числе и перечисленные Аббас-шахом. Можно, конечно, продолжать считать, что люди у нас замечательные, вот только с правящей элитой не повезло, но недаром говорят, что каждый народ имеет ту власть, которую заслуживает.

Простой пример из жизни. Идет казахская свадьба или юбилейное торжество. Все, в том числе аксакалы, уже собрались. А приглашенный аким района или аула, либо какой-то другой важный, по местным меркам, чиновник (его присутствие тоже повышает самооценку хозяина тоя, который завтра будет козырять этим), как обычно, «задерживается» – ну, любит эта публика демонстрировать свою занятость и одновременно значимость. И сотни людей терпеливо ждут его. Что это как не проявление угодничества, раболепия, которое еще больше развращает власть? Или, скажем, выехал аким области в район, проводит встречи с населением. Много ли найдется среди местных жителей тех, кто решится обрисовать ему реальную картину дел, высказать какие-то замечания? Зато от  льстецов, готовых славословить и гостя, и местного акимчика, отбоя не будет.

И коррупция в стране достигла таких масштабов в том числе (и прежде всего) потому, что наше массовое сознание находит этому явлению массу оправданий. А тот, кто сумел построить свое благосостояние на взятках и «откатах», становится объектом не столько праведного гнева, сколько жгучей зависти. И даже объектом для подражания. Или другой вариант: осуждая бессовестного, но «чужого» нам чиновника, мы готовы поднять на щит «своего» (родственника, сокурсника, хорошего знакомого): пусть он и сукин сын, но зато наш, и, возможно, нам тоже что-то от него перепадет. А если он еще и хорошо поднялся по службе, то и вовсе замечательно: может, и нас куда-нибудь пристроит. И после всего этого кто-то требует, чтобы во власти были сплошь честные люди?  

Помните фразу из одного сериала - «Народ надо менять»? Применительно к нашей теме ее можно переиначить: «В народе надо что-то менять». Другими словами, сохраняя и развивая ценные качества, безусловно, имеющиеся в казахском национальном характере, мы должны выдавливать из себя то, что не позволяет нам построить по-настоящему цивилизованное, гражданское, правовое общество. В противном случае, как принято у нас говорить, «ел болмаймыз».

Это дело долгое и трудное. А любое дело начинается со слова. Значит, мы должны открыто и честно говорить о негативных чертах, присущих, может, не всем, но очень многим из нас, казахов. Тем более что именно мы, составляющие значительное большинство населения страны, несем всю полноту ответственности за ее  будущее. Если перефразировать известную пословицу, «патриот не тот, кто медом мажет, а тот, кто правду в глаза скажет».

Мы же пока в основном занимаемся тем, что усиленно «мажем медом», находя для этого любые поводы. Лесть в адрес самих себя как этноса, самолюбование, стремление подчеркнуть исключительность нас, казахов, порой просто зашкаливают, принимая  гипертрофированные формы.

Либо хорошо, либо ничего?

Взять хотя бы самое массовое из искусств – в современном Казахстане это вовсе не кино, а эстрада, которую, правда, в ее нынешнем виде трудно назвать искусством. Если в других странах артисты поют просто о любви к девушке или к парню, то у нас – о любви именно к казахской девушке или к казахскому парню, которые, видимо, обладают какими-то особыми, присущими представителям только нашего народа достоинствами.

Вот, например, строки из песни «KZ жiгiт», исполняемой, пожалуй, самой популярной сейчас казахскоязычной певицей Ерке Есмахан: «Көрдім-көрдім мен оны қиығымен көздің/ Ойлы, бойы еңселі, қазақ екен сездім.... Ғашықпын мен қазақ ұлына/ Жүрегінің тазалығына».  «Увидела я искоса рассудительного, крепкого парня и почувствовала, что он казах... Влюблена я в парня-казаха, в чистоту его сердца». Или вот что поется в ее главном хите «Астана да жоқ жоқ...», героиня которого ищет того самого единственного: «Қазақ па екен өзі?! Ғажап па екен сөзі?» - «Казах ли он? Красива ли его речь?». Целый цикл шлягеров такого рода есть и у другой «суперзвезды» Торегали Тореали: «Казахская девушка», «Душой я казах», «Женюсь на казашке» (последняя дала название и всему недавнему его концерту). У других исполнителей есть такие, в которых славят казахских джигитов и казахских невесток – вот только непонятно, почему при этом у нас распадается каждый третий брак… А песен на тему «Я казах», «Я сын казаха» и т.п. просто не счесть.

И объясняется это вовсе не какими-то патриотическими чувствами. Причина гораздо прозаичнее. Артисты, их продюсеры, авторы текстов прекрасно знают, чем можно «купить» публику, расположить ее к себе. Ведь чего хочет современный массовый казахский зритель, слушатель? А хочет он посредством в том числе и песни еще раз убедить себя в исключительности, незаурядности народа, к которому он принадлежит, – это греет ему душу, делает его более значимым в собственных глазах: «мы (а значит, и я) не хуже и даже лучше других».

Из этой же оперы наша неизбывная и не знающая меры комплиментарность. Скажем, поехал оркестр народных инструментов за границу, собрались в зале представители местной казахской диаспоры плюс горстка любителей экзотики – и мы трубим о триумфе нашей национальной музыки. Издал какой-то писатель свою книгу на иностранном языке (сам нашел переводчика, заплатил ему) – и в СМИ косяком идут публикации под заголовками вроде  «Казахская литература шагает по всему миру». И почти никому нет дела до того, что книга вышла тиражом всего в несколько сотен экземпляров, что сам автор их и скупил, дабы раздать здесь кому надо и прослыть автором, которого переводят за границей.

Мы вообще любим употреблять слова «триумф», «мировой уровень», «мировая известность»  применительно ко всему казахскому и казахстанскому – литературе, кинематографу, дипломатии, спорту и т.д., хотя особых оснований для этого нет. Один только пример из очень многих. Тот самый журналист, который в «Фейсбуке» назвал Аббас-шаха отступником, на протяжении многих месяцев публикует в одной из газет статьи под рубрикой «Казахские тренеры мирового уровня». Среди его героев есть и действующие тренеры по борьбе – виду спорта, в котором наши атлеты уже почти двадцать лет не побеждали ни на Олимпиадах, ни на чемпионатах мира. Шведы, монголы, северные корейцы и прочие, о наставниках которых мы даже слыхом не слыхивали, становятся чемпионами, а наши под руководством «тренеров мирового уровня» все никак не могут. Не правда ли, странно?

И этот же автор многочисленных панегириков почти не поднимает острые проблемы отечественного спорта, которых, поверьте, выше крыши. А если и поднимает, то крайне осторожно, как бы боясь кого-то задеть. Скорее всего, именно таких людей и имел в виду Аббас-шах под словом «жалтақ» - «пугливый»,  «боящийся кому-то не угодить». Да и другие данные им оценки в общем-то недалеки от истины.

…Кинорежиссеру Андрею Кончаловскому принадлежит фраза: «Русский народ не мертвец, чтобы о нем говорить только хорошо». Полагаю, то же самое можно сказать и о нашем казахском народе…

 

Комментарии