ПОНЕДЕЛЬНИК, 22 ОКТЯБРЯ 2018 ГОДА
10344 30-03-2018, 11:53

Казахстану пора наконец-то всерьез заняться Байконуром

C обретением суверенитета перед Казахстаном открылось много новых перспектив, одной из которых является возможность войти в клуб космических держав. Однако в силу ряда причин объективного и субъективного свойства этот процесс несколько затянулся. Вместе с тем в последнее время на этом направлении наметились некоторые позитивные подвижки. О перспективах Казахстана через призму космодрома Байконур рассуждает известный отечественный эксперт, главный редактор журнала «Космические исследования и технологии» Нурлан Аселкан.

На космодроме в бли­жайшее время должны произойти большие и важные события. Они повлияют и на развитие собственно казахстанской космической отрасли, од­нако их значение этим не ограничится. Байконур для Казахстана всегда был «окном» в большой мир, поскольку здесь осущест­влялись проекты, имею­щие глобальный характер. Несмотря на экономиче­ские кризисы и другие неурядицы, он никогда не прекращал свою деятель­ность, обеспечивая реа­лизацию международных и федеральных программ, от коммерции до оборо­ны. Но в последние годы наметилась тенденция к сокращению количества пусков, участились ава­рии, что стало поводом для обоснованной кри­тики в адрес оператора космодрома – «Роскос­моса». Общественность уже успела привыкнуть к неудачам, особенно на фоне феерических успе­хов Илона Маска и бурно развивающейся китай­ской космической про­граммы.

Сегодня становится очевидным: чтобы пере­ломить неблагоприятные тенденции, нужны новые, нетрадиционные решения. В этой связи в профессио­нальной среде обсуждает­ся много сценариев – от полностью негативных до необоснованно оптими­стичных. Позволим и себе немного порассуждать на эту важную и принци­пиальную для будущего нашей страны тему.

Маневры «Роскосмоса»

До последнего време­ни Казахстан являлся, по сути, пассивным полу­чателем от РФ арендной платы за использование космодрома, а наше при­сутствие на нем нигде не просматривалось. Разве что во время проводов космонавтов на МКС фи­гурировал казахстанский стяг, который по традиции поднимал дублирующий экипаж.

В декабре 2004 года между РФ и РК было подписано межправи­тельственное соглашение о создании космическо­го ракетного комплекса «Байтерек». В соответ­ствии с ним предусма­тривалось создать со­временный носитель на нетоксичных компонен­тах топлива, способный заменить рабочую «ло­шадку» космодрома – но­ситель «Протон-­М». Од­нако прошло уже более 13 лет, а ракета так и не по­явилась. Нельзя сказать, что ничего не делалось. Разрабатывалась техни­ческая документация, подбиралось место для строительства стартового комплекса. За это вре­мя в качестве головного носителя перебывало не­сколько ракет – «Ангара», «Зенит», легкий носитель российской разработки, теперь на очереди «Союз­-5». Вменять все эти коле­бания в вину совместному предприятию «Байтерек» нет смысла, поскольку оно невольно оказалось заложником технической политики «Роскосмо­са», а самостоятельной программы создания от­ечественного носителя в Казахстане никогда не существовало.

Мы не знаем проблемы российского космоса из­нутри, но то, что принято решение вернуть многие программы на Байконур и, в частности, реаними­ровать «Байтерек» путем создания нового носителя «Союз­-5», говорит о том, что отрасль находится в отчаянном положении. Космодром «Восточный» пока ничего, кроме двух пусков и эпической исто­рии с присвоением вы­деленных на его строи­тельство средств, не дал. «Ангара», на которую воз­лагали столько надежд, нуждается в переделке. А рынок пусковых услуг вследствие участившихся аварий, по сути, потерян. Но, советники подсказали руководству России, что альтернативы Байконуру на сегодняшний день нет. С оживлением проекта «Байтерек» стал решаться главный вопрос – вывод из аренды и передача Ка­захстану объектов «пра­вого фланга» космодро­ма как составной части комплекса «Зенит-­М». Это, по сути, отдельный маленький космодром со стартовым и техническим комплексами, средствами транспортировки раке­ты и обеспечивающей инфраструктурой. С 1 июня 2018 года все это хозяйство перейдет под юрисдикцию Казахста­на, что, образно говоря, равносильно выигрышу рядовым гражданином миллиона по копеечному лотерейному билету.

Как распорядиться всем этим добром?

Формально ответ дан в «Дорожной карте по реализации проекта «Байтерек» на 2017­-2022 гг.» – на базе имеюще­гося потенциала будет создан новый стартовый комплекс для перспек­тивной ракеты «Союз-­5». Российские коллеги заявили об ускорении работ по созданию нового носителя, и потому сроки первого его пуска были сдвинуты с 2025 года на 2022-­й. Объявлено так­же о том, что он заменит украинский «Зенит» на плавучем космодроме «Морской старт», ко­торый был приобретен группой компаний S­-7.

Однако, как это быва­ло уже не раз, все пошло по накатанному сценарию – весь 2017 год казах­станские специалисты прождали от российской стороны исходных данных по ракете, но их нет до сих пор. Пошли нехорошие слухи о том, что эскиз­ный проект «Союза-­5» получил отрицательные отзывы на предзащите в головном институте «Роскосмоса» – ЦНИ­ИМАШе. Масла в огонь подлил Сергей Сопов, руководитель S­-7 Space Transportations, который заявил, что разрабатыва­емый «Союз­-5» – это «по­толстевшая» версия ле­тающего на сегодняшний день носителя «Зенит» с неприемлемыми для их компании ценовыми показателями. А на днях пришло сообщение, что проект «Союз­-5» отправ­лен на доработку до конца текущего года.

Как говорят в таких случаях конструкторы, проект «не завязался». Стало ясно, что ни о каком быстром результате для «Байтерека» говорить не приходится. Когда мы увидим что-­то конкретное от российских разработ­чиков, тоже непонятно.

По соглашению, казах­станская сторона должна в ближайшие годы про­извести доработку объек­тов «правого фланга» для «Союза­-5» на сумму ори­ентировочно в 314 мил­лионов долларов. Теперь, похоже, с этим спешить не следует. Между тем на «Союз­-5» рассчитывает не только Казахстан, но и упомянутая S­-7 Space Transportations. При этом следует понимать, что коммерсанты, в отличие от госструктур, не могут ждать неизвестно чего и бесконечно долго. Не­смотря на понятные по­литические препоны и даже недовольство ряда влиятельных структур, S-­7 Space Transportations заказала украинской сто­роне изготовление 12 носителей и обнародо­вало график их пусков с морской платформы до 2023 года. Добавлю, что первый пуск «Зенита» с новым коммерческим оператором состоялся в конце декабря 2017-­го с космодрома Байконур. А следующий пуск намечен на осень текущего года.

Варианты развития событий

Но, возможно, это тот самый случай, когда нет худа без добра, и из того, что «Союз-­5» начал испы­тывать трудности, еще не родившись, мы бы могли извлечь выгоду? Объ­екты «правого фланга» станут казахстанскими вне зависимости от сроков разработки ракеты, а ис­пользовать их можно уже сегодня, например, для пусков того же «Зенита». Но речь не только об этом. Перед нами открывается возможность резко уве­личить эффективность, одновременно обеспечив сокращение бюджетных расходов на реализацию весьма дорогостоящих космических программ.

Мы могли бы иници­ировать процесс передачи объектов «правого фланга» отечественному инвестору, который бы приватизировал их. Это­му будет способствовать готовность и стартового, и технического комплек­сов к работе буквально в немедленном режиме, так как необходимость обнов­ления и модернизации не дошла еще до критической величины. Приватиза­ция объектов инвестором устранит излишний бю­рократизм, медлитель­ность и сверхзатратность, обычно присущие госу­дарственным ведомствам. Главное для «Байтерека» как отечественного ра­кетного проекта – это то, что в «частном статусе» он будет интересен (и договороспособен) для мировых запускающих компаний, без которых мы можем оказаться в ваку уме, располагая стар­товым комплексом и не имея возможности пра­вильно им распорядиться. Немаловажен и тот факт, что бюджет не будет нести расходы на содержание объектов космодрома.

При таком сценарии не исключен и приход внеш­них инвесторов для реа­лизации новых проектов на базе «правого фланга». Не секрет, что уже сегодня есть желающие запускать спутники с Байконура ра­кетой­-носителем «Зенит», и есть серьезные осно­вания считать, что част­ная компания справится с этой работой лучше, чем квазигосударствен­ная структура. Сегодня на «правом фланге» кос­модрома востребованы «Зениты», а завтра будут и «Зениты», и «Союз-­5». Само собой разумеется, что на этом пути не надо создавать себе оппонен­тов, а потому необходи­мо широко привлекать к работам на комплексе наших российских кол­лег из ЦЭНКИ и других организаций. «Правый фланг» способен уже в самом ближайшем будущем приносить доходы.

Конечно, до недавне­го времени такой сцена­рий казался абсолютной ересью. Однако развитие частной космонавтики, ее успехи делают невоз­можное возможным. В той же России уже появилась группа фирм и организа­ций, создающих ракетно-­космическую технику на свои деньги (в рамках кла­стера «Сколково», Нацио­нальной технологической инициативы и ряда дру­гих проектов). При этом всеобщему осуждению подверглись нормативы и практика госструктур-­регуляторов космической деятельности – они, по мнению авторитетного эксперта Вадима Лука­шевича, напоминают рас­порядок в концлагере. Космическая обществен­ность продолжает обсуж­дать недавний инцидент, в результате которого частный стартап «Дау­рия аэроспейс» лишился группы спутников из­-за нештатной работы дви­гателей разгонного бло­ка «Фрегат». Конфликт малой фирмы с могучим «Роскосмосом», похоже, завершился по предска­зуемому сценарию.

Иначе говоря, еще один плюс приватизации «правого фланга» заклю­чается в том, что она от­кроет дорогу другим ана­логичным начинаниям, будет способствовать ак­тивному взаимодействию с работающими на космо­дроме государственными ведомствами обеих стран.

Процесс уже пошел

В июне 2017 года рос­сийский стартап «Кос­моКурс» объявил о том, что ему предложены две площадки на Байконуре для разрабатываемого им суборбитального корабля.

«Наши специалисты изу­чили и оценили готов­ность инфраструктуры Байконура для соверше­ния суборбитальных ту­ристических полетов. Мы осмотрели два равнинных места, которые были пред­ложены нам «Роскосмо­сом» и которые отвечают нашим техническим па­раметрам», – сказал глава компании Павел Пушкин.

«КосмоКурс» разра­батывает многоразовый комплекс для суборби­тальных коммерческих полетов туристов на око­лоземную орбиту. Пред­полагается, что экипаж из шести человек и одного инструктора совершит пятнадцатиминутный по­лет на высоту 180­-220 км, проведя в режиме невесо­мости пять­-шесть минут. Стоимость одного билета, как ожидается, составит порядка 200-­250 тысяч долларов.

Совсем недавно, 21 марта, на Байконуре со­стоялись переговоры меж­ду руководителями аэро­космических ведомств Казахстана, России и Объединенных Арабских Эмиратов. Предметом их обсуждения стали вари­анты реализации проектов на базе инфраструктуры космодрома.

По неофи­циальной информации, в центре внимания оказался предложенный компанией «Главкосмос» (дочерняя фирма «Роскосмоса») проект коммерциализа­ции знаменитого «Гага­ринского старта» – места, откуда стартовали первый спутник и первый космо­навт Земли. Речь идет о его модернизации с целью обеспечения пусков но­сителей среднего класса «Союз-­2». Инвестор – арабские банки; владелец старта – Казахстан; опера­тор и поставщик носителя – «Главкосмос». Экспер­ты оценивают проект как достаточно реалистичный. Со своей стороны отмечу, что он может послужить нам подстраховкой, если собственно «Байтерек» застынет на долгие годы в ожидании ракеты-­но­сителя «Союза-­5». Но главное заключается в том, что процесс коммер­циализации и прихода на космодром третьих стран уже начался.

Как это может работать?..

Вообще, Байконур со своим экстерриториаль­ным статусом представ­ляет собой уникальную возможность помножить два минуса – консерва­тизм российских и казах­станских космических ведомств, чтобы получить в итоге плюс. Необходи­мость «уживаться» плюс потребность во взаимо­действии с приходящими частными структурами повлекут за собой раз­работку процедур работ и формулирование но­вых, не отягощенных тра­дициями руководящих документов. Это самая большая головная боль для всех новых «частни­ков», ведь существующие отраслевые нормативы и требования реально тор­мозят рабочие процессы.

Причем здесь не надо изобретать велосипед, а просто нужно идти по пути NASA, которое еще в начале «нулевых» годов выработало для частных компаний упрощенный перечень правил и про­цедур разработки и про­изводства космической техники. Он и лег в ос­нову сегодняшних успе­хов SpaceX, Blue Origin, Orbital ATK и других ныне известных фирм. В нашем случае это может быть «Временный регла­мент», регулирующий во­просы производственной и эксплуатационной де­ятельности частников на Байконуре. Его создание – насущная задача всех структур космодрома, представителей которых необходимо как можно быстрее усадить за «круг­лый стол».

Еще один плюс Бай­конура – это то, что его отдельные, разбросан­ные площадки позволяют частным структурам и государственным опера­торам при необходимости работать изолированно, не мешая друг другу. Со­ответственно и правовой режим, и иные условия их работы могут разнить­ся. У нас перед глазами есть пример Астаны, где создается Международ­ный финансовый центр с элементами экстеррито­риальности, с использова­нием британского права. Аналогичный механизм применим и на Байконуре, с использованием в том числе безвизового режима для участников работ на космодроме.

Новые «частники», столкнутся с серьезны­ми проблемами в плане получения финансовых ресурсов, особенно на на­чальном этапе. Космо­дром, его «совет» могут использовать форму выда­чи материальных грантов: земельных участков, зда­ний, объектов, частотного ресурса и иных активов.

Кроме собственно кос­мических, есть значитель­ное количество частных компаний, которые при­меняют беспилотники, создают навигационные сервисы, используют дан­ные дистанционного зон­дирования Земли. Их по­тенциал тоже должен быть активно задействован в процессе коммерциализа­ции космодрома.

Особо выделю два про­екта. Помимо вышепе­речисленных льгот, они нуждаются также в пря­мом финансировании.

Первый. Существует огромная потребность в модернизации сегодняш­них носителей, создании новых, в направлении рез­кого сокращения площади районов падения, а в пер­спективе их полной лик­видации. Первые ступени новых носителей должны либо точечно падать в локальный район, либо иметь возможность воз­врата в район старта, на полигон для последующей утилизации. Это тот стар­тап, та опция, в которой должны быть заинтере­сованы все стороны. Ведь реализация такого про­екта, помимо экономии средств и обеспечения экологической безопас­ности, позволит сфор­мировать благоприятное общественное мнение по отношению к пусковой деятельности.

Второй. Давно назрела необходимость в создании сверхлегкого носителя для вывода на орбиту по низкой цене микро– и на­носпутников, основных объектов делового инте­реса малых космических фирм. Такому проекту не­обходимо создать режим наибольшего благопри­ятствования. А первым условием для победителя конкурса должно быть требование, чтобы мак­симальное число звеньев производства было завя­зано непосредственно на сам космодром. Создание сверхлегкого носителя яв­ляется относительно ма­лозатратным и позволит отработать на практике межгосударственно-­част­ное партнерство в венчур­ных проектах Байконура.

Сегодня мир пережи­вает бум рождения моло­дых, инициативных кос­мических фирм. Новые ракеты с микроспутника­ми стартуют с территорий Северной Америки, Япо­нии, Австралии, Новой Зеландии. Самое время предложить пионерам «частного космоса» по всему миру надежный, проверенный временем и практикой космодром со славной историей и, надеюсь, прекрасным бу­дущим.

Подготовил Кенже Татиля

Комментарии