ВОСКРЕСЕНЬЕ, 7 ИЮНЯ 2020 ГОДА
26-11-2010, 08:04

Фуэте на парламентском уровне


Можно ли станцевать "Ромео и Джульетту" в кирзовых сапогах?

Балет - одна из вершин сценического искусства, своеобразный и очень точный индикатор развития культуры в стране. Но именно в балете за годы независимости Казахстана возникли проблемы, требующие решения на законодательном уровне. Об этом идет речь в нашем разговоре с председателем Союза хореографов Казахстана Дюсенбеком Накиповым и народным артистом СССР Рамазаном Баповым, в недавнем прошлом несравненным артистом балета, а ныне главным балетмейстером Государственного академического театра оперы и балета им. Абая.

Рамазан Бапов. Гири на пуантах

- Я достаточно долго отсутствовал в Казахстане, но когда вернулся, с удивлением обнаружил, что решение проблем нашего балета не сдвинулось ни на йоту. По своему опыту знаю, что для решения их надо обращаться не просто в высокие сферы, а по вполне конкретному адресу, иначе это будет похоже на битье головой в глухую стену. Свои вопросы надо направить именно туда, где они могут быть решены. Все, что связано с финансами, закладывается заранее в бюджет на много лет вперед, и если оно не заложено, ситуацию изменить практически невозможно. А без решения социальных вопросов, которые когда-то кем-то не были учтены, а теперь обрели сверхболезненную остроту, нам сегодня никак не обойтись.

- Труд артиста балета весьма и весьма тяжел. Какова его зарплата?

- Базовая зарплата - 60 тысяч тенге. Это не считая надбавок за мастерство, категорию и т.п., но эти надбавки из того разряда, когда говорят: не до жиру - быть бы живу. А дальше простая арифметика: 15 тысяч надо отдать за квартиру и коммунальные услуги, медицинское обслуживание у нас тоже не бесплатное. Затем плата за детсадик или колледж, где находится ребенок. Транспортные расходы, питание. Покупка одежды, обуви. И, не дай бог, - ипотека. Так что повышение зарплаты - проблема номер один. Но это касается святая святых - бюджета, а в нем более чем скромная, если не сказать - полунищенская, зарплата артисту балета заложена на много лет вперед.

- И никакого просвета?

- Надежда умирает последней. Проблема зарплаты - притча во языцех. Но наш характер, как и в булгаковские времена, портит квартирный вопрос: окончив училище имени Селезнева, молодые артисты балета (а это по большей части иногородняя молодежь) теряют право на общежитие и оказываются на улице, а снять квартиру - это две трети зарплаты. То есть мы не можем элементарно принять эти юные дарования на работу. Далее, нашим мальчикам, окончившим балетное училище имени Селезнева, необходима отсрочка от службы в армии. Еще не оперившись, не обретя сценического опыта, они обречены на год, а то и более того влезть в кирзовые сапоги, а это дисквалификация, потеря профессии, потеря денег, затраченных на их многолетнее обучение. Театр пишет письма в районные, городские, республиканские военкоматы, везде - отказ.

- А сколько мальчиков ежегодно выпускает балетное училище?

- Человек 15.

- В масштабах республики - капля в море!

- Но их судьба как бы предрешена. Проблему надо решать если не на уровне президента, то на уровне министра обороны, но решать ее надо. И решать не кому-нибудь, а министру культуры. Кстати, и в нашей оперной труппе та же проблема. Ставя под ружье юных танцоров балета и вокалистов, мы подрезаем нашему театру крылья, лишаем его будущего.

- Есть ли панацея от всех этих бед?

- Есть. Если не от всех, то от большинства: присвоить театру категорию не просто академического, но - дать ему особый статус. Это, кстати, помогло бы решить и самый наш болезненный вопрос - о пенсиях артистам балета.

Дюсенбек Накипов. Доживет ли Жизель до пенсии?

- Век артиста балета недолог. За 20 лет интенсивной работы на сцене (а иной она быть не может) организм полностью исчерпывает отпущенный природой энергетический потенциал. Что изнашивается у артиста балета в первую очередь?

- Изнашивается весь организм. Наибольшая нагрузка ложится на мышечную систему и скелетную структуру, особенно на суставы. По интенсивности физических нагрузок артисты балета могут сравниться лишь с профессиональными спортсменами. Причем всплеск этой интенсивности приходится на организм два раза на день: на репетициях и во время спектаклей. И это в течение всех 20 лет служения балетному искусству. По своему опыту знаю, что после 30 лет уже не та мягкость мышц и их сила, не та гибкость суставов, и к 35 годам ты ощущаешь, что не можешь делать то, что тебе легко удавалось в 20-25.

- Плюс постоянный риск падений?

- Совершенно верно. Существуют болезни, связанные с принадлежностью к высокотехническому искусству. Скажем, жесткая основа приземления - деревянный пол, а это высокая травмоопасность, это неизбежные падения. Многие из нас получают травмы, которые порой залечиваются, а порой и не залечиваются вовсе. То есть человек по болезни преждевременно уходит из своего любимого искусства. Но самое главное: зритель, который приходит в театр и который знает, что балет - это искусство молодых, имеет право видеть на сцене полноценно танцующих людей. В лучшем случае они сохраняют форму до 40 лет, но чаще всего к 35 годам они эту форму утрачивают. Особенно те из них, кому приходится испытывать дополнительную нагрузку, носить балерин на руках.

- Вообще не из головы же выдумана пенсия для артистов балета после 20 лет их работы?

- Да, она была серьезно рассчитана по медицинским и другим параметрам в годы Советского Союза и еще раньше в дореволюционной России. Императорский двор всегда отправлял стареющих артистов на достойную пенсию. Проблема пенсий для артистов балета - это соответствие нашего государства общечеловеческим ценностям, правам человека в каждой данной профессии. Есть профессии, связанные с перегрузками, с риском. Летчики, водолазы, шахтеры. Как это ни парадоксально, в этот ряд надо ставить и артистов балета.

- Так было всегда, но с обретением суверенитета в нашем родном отечестве артистов балета лишили этих преимуществ?

- Да. Теперь они должны уходить на пенсию на общих основаниях: женщины в 58 лет, мужчины в 63 года, хотя имеют силы танцевать лишь до 40. Предполагается, что после сорока они должны присмотреть себе другую профессию, хотя не у каждого хватит на это сил. Уволить их как бы не имеют права, но и работать с полной отдачей они тоже не могут. Пенсия давала им моральную поддержку и материальную возможность хоть как-то подлечиться, ни для кого не быть обузой, попытаться служить дальше любимому делу в качестве репетитора в каком-нибудь народном танцевальном коллективе. Наличие в труппе танцоров пенсионного возраста сдерживает и ротацию кадров - труппа-то не резиновая.

- А в других странах - в России, к примеру, тоже все изменилось?

- Нет, изменилось только у нас. Везде все осталось по-прежнему: артист балета уходит на пенсию после 20 лет работы на сцене. И это нигде ни у кого не вызывает возражений…

У нас пенсионный закон для артистов балета в его нынешней интерпретации - вопиющая несправедливость. Причем, по этому поводу уже сломано немало копий, и несть числа написанным челобитным, а дело - ни с места. Ну, допустим, однажды, почти 20 лет назад, в парламенте проморгали, недосмотрели, недодумали, не поняли, наконец. Но, господа хорошие, не тяните кота за хвост, не издевайтесь над живыми людьми и здравым смыслом, найдите время, силы и мужество исправить промах, допущенный вашими предшественниками, чтобы народ не плевался им вслед и чтобы самим не утратить уважение народа.

Адольф АРЦИШЕВСКИЙ

Комментарии