ВОСКРЕСЕНЬЕ, 22 СЕНТЯБРЯ 2019 ГОДА
8808 16-03-2018, 10:48

Насколько правомерна скрытая аудио или видеозапись?


В последнее время в нашей  стране имел место ряд скандалов, связанных с записью на аудио и видео действий отдельных руководителей госорганов, которые, по мнению снимавших и записывавших, злоупотребляли своим должностным положением, унижали честь и достоинство подчиненных. Возникает логичный вопрос: насколько правомерно осуществление таких записей, и как они должны расцениваться в ходе проверок жалоб граждан на неэтичное поведение госслужащих? За разъяснениями мы обратились к известному правоведу, вице-президенту Казахстанской криминологической ассоциации Мухамеджану Пакирдинову.

– Мухамеджан Ахмедияевич, насколько законны подобные аудио и видеозаписи? Каковы, на ваш взгляд, причины, побуждающие людей пойти на этот шаг?

– Появление таких записей свидетельствует о проблемах во взаимоотношениях как граждан с госслужащими, так и граждан между собой. Это может быть вызвано также стремлением одной из сторон конфликта доказать свою правоту. Проблема заключается в том, что госслужащие, которые, согласно закону, должны служить государству и народу, на деле, будучи облеченными властными полномочиями, нередко злоупотребляют ими, нарушают служебную этику. Что неминуемо подрывает веру людей в справедливость и в силу закона.

Тема фиксации гражданами на аудио и видеоносители действий своих руководителей или чиновников возникла не сегодня. Но поскольку сейчас любой человек имеет доступ к техническим средствам записи, то это стало обыденным и очень распространенным явлением.

Мотивы тут могут быть самые разные: от намерения зафиксировать недостойное поведение или неправомерные действия государственного служащего или иного лица с целью сделать это достоянием общественности до желания заполучить необходимые доказательства на случай отстаивания своих прав или интересов в каких-то инстанциях. При этом нельзя исключать и наличия возможного умысла оговорить человека, а то и попытки шантажа из корыстных побуждений. На мой взгляд, причины, побуждающие граждан делать подобные аудио и видеозаписи, должны стать предметом социально-криминологического исследования. Уверен, свое слово скажет и Агентство по делам государственной службы и противодействию коррупции.

Справедливости ради стоит заметить, что государство расширяет права граждан на применение технических средств в служебных целях и в быту. Статья 20 Конституции Республики Казахстан дает человеку право свободно получать и распространять информацию любым, не запрещенным законом способом. Совсем недавно Верховный суд РК разместил на своем сайте проект правил, регулирующих пропускной режим в зданиях судов. Он подготовлен с учётом мнений адвокатского сообщества и других участников судебного процесса. В частности, предлагается разрешить им заносить записывающие устройства, вычислительную технику, мобильные устройства (смартфоны, планшеты), машинные носители информации (флеш-карты, USB-диски и т.п.), а также другие технические устройства. В то же время вести запись можно будет только с разрешения судьи. Эти новшества вытекают из положений государственной программы «Цифровой Казахстан» и направлены на дальнейшее развитие и совершенствование в судах сервисов «электронного правосудия».

Или, скажем, на днях Комитет по регулированию естественных монополий, защите конкуренции и прав потребителей Министерства национальной экономики дал разъяснение, что в соответствии с пунктом 12 статьи 24 Закона РК «О защите прав потребителей» продавцу запрещается ограничивать права покупателей на осуществление фото– и видеосъемки. Следует заметить, что аудио или видеозапись предоставляется заинтересованными лицами как в компетентные государственные органы, в том числе правоохранительные, так и в общественные организации, в средства массовой информации и т.д.

Если раньше, согласно закону, скрытая аудио или видеозапись могла быть сделана с санкции органов прокуратуры, то теперь такую санкцию может дать только суд. Думается, аудиозапись, произведенная в рамках досудебного расследования и соответствующим образом санкционированная уполномоченным органом, не вызовет особых вопросов, поскольку это доказательство исследуется на предмет его допустимости, достоверности, производства монтажа и других обстоятельств. На практике же часто имеют место записи, сделанные по инициативе самих граждан.

– В нашем разговоре речь идет как раз об осуществлении несанкционированных записей…

– В этом случае возникают различные варианты их использования. Сразу оговорюсь, что на сегодняшний день нет однозначной практики по оценке содержания таких записей. В одних случаях правоохранительные и судебные органы не рассматривают их в качестве доказательства, мотивируя это отсутствием санкции прокурора или суда на осуществление такой записи. В других же случаях они становятся предметом исследования и оценки. Полагаю, что государственные, правоохранительные и судебные органы вправе сами принимать решения по этому поводу.

– Давайте уточним: имеет ли право, например, областной либо городской дисциплинарный совет в ходе проверки назначить криминалистическую экспертизу аудио или видеозаписи?

– Думаю, что возможно проведение не криминалистической экспертизы (это является прерогативой судебных и правоохранительных органов), а криминалистического исследования для получения заключения специалиста в целях обеспечения объективности и непредвзятости проводимой проверки. Такое исследование необходимо для того, чтобы исключить вероятность монтажа аудио или видеозаписи со стороны лица, предоставившего эту запись. Нередко граждане заявляют, что на записи их слова или действия выдернуты из контекста целого предложения или события. Криминологическое исследование, проводимое специалистом, призвано дать ответ на этот вопрос, и оно может назначаться по письменному поручению государственной или общественной организации.

Что же касается криминалистической экспертизы, то она назначается органом расследования в рамках досудебной проверки или судом в ходе судебного разбирательства. Следует иметь в виду, что заявитель, предоставивший аудио– видеозапись в правоохранительные органы или в суд, предупреждается об уголовной ответственности за заведомо ложный донос.

Несколько иная практика в оценке содержания аудио и видеозаписей сложилась в госорганах. Например, дисциплинарный совет Алматинской области, ознакомившись с содержанием аудиозаписи в совокупности с другими материалами проверки, пришел к выводу, что в действиях чиновника К. содержатся признаки нарушения им этики госслужащего.

Всем известно о решении госорганов запретить пронос смартфонов и других записывающих технических средств в госучреждения. Доводы о том, что эта мера была продиктована необходимостью защиты государственных секретов и обеспечения дисциплины, мало кого убедили. Практика изъятия смартфонов была подхвачена учреждениями квазигосударственного сектора и крупными предпринимательскими структурами.

В этой связи необходимо учесть, что государство поощряет активность граждан по выявлению и преданию огласке фактов коррупции и иных служебных злоупотреблений. Мало того, за это предусмотрены меры материального поощрения. А раз так, то можно сказать, что аудио и видеозаписи, осуществляемые гражданами, вписываются в антикоррупционную стратегию государства.

Комментарии