СРЕДА, 18 ИЮЛЯ 2018 ГОДА
2751 14-09-2017, 10:32

По пути ли нам с Путиным?

KZ RUS ENG

Через полгода в РФ состоятся выборы президента страны. Понятно, что их итоги будут иметь принципиальное значение не только для самих россиян, но и для нас, казахстанцев, поскольку мы с ними имеем самую протяженную в мире границу. Кроме того, РФ остается нашим стратегическим партнером, и любые изменения в ее политике могут самым непосредственным образом отразиться на Казахстане. В этой связи мы попросили известных отечественных и российских экспертов ответить на следующие вопросы:

1. Какой кандидат, на ваш взгляд, наиболее предпочтителен для Казахстана – Путин или кто-то другой (условно – «человек Путина», Навальный, Явлинский, Прохоров, кто-то от КПРФ и т.д.)? Обоснуйте свой выбор.

2. Каких взглядов на внутреннюю и внешнюю политику должен быть наиболее оптимальный, с точки зрения Казахстана, кандидат на президентство?

 

Максим Казначеев, политолог

«Наиболее предпочтительный вариант – Путин»

1. Наверное, необходимо быть реалистами при оценке предстоящих в марте 2018 года выборов. По подсчетам различных социологических служб, Путин уже сейчас выигрывает избирательную кампанию с результатом в 60-65% даже без использования административного ресурса. Административный ресурс, в свою очередь, добавляет еще 10-15% к результатам голосования.

Прошедшие 10 сентября 2017 года выборы губернаторов и депутатов муниципальных собраний в целом подтверждают эти цифры – даже в традиционно оппозиционной Москве «Единая Россия» забрала на местных выборах около 75% депутатских мест. Таким образом, избирательная машина прошла тестирование, и изменить прогнозный вариант 70/70 (70 процентов – явка, 70 процентов – голоса за Путина) смогут только некие форс-мажорные обстоятельства.

Вероятная победа Путина на выборах сохранит нынешний вялотекущий формат контактов как на двусторонней основе, так и в рамках многочисленных интеграционных структур. В общем и целом это ни к чему не обязывающее партнерство устроит и Ак-Орду:

Во-первых, с Путиным уже налажена система взаимодействия на высшем уровне (на уровне президентов). В то время как с другим лидером пришлось бы начинать с нуля.

Во-вторых, примерно понятны мотивы действий Путина в нашем регионе (упор на вопросы региональной безопасности, вялотекущая экономическая интеграция). Новый гипотетический лидер может прийти со своей повесткой, существенно отличающейся от текущего положения дел. И Ак-Орде пришлось бы адаптироваться к новой системе приоритетов.

В-третьих, Путин достаточно гибок в продвижении интересов Кремля, готов воспользоваться посредническими возможностями Ак-Орды. А потому относительно спокойно воспринимает шаги Астаны по формированию многовекторного внешнеполитического курса – именно в силу собственной прагматики. Другие лидеры могут быть более жесткими.

Таким образом, для Казахстана наиболее предпочтителен именно текущий консервативный вариант – как содержащий наибольшее количество внешнеполитических «степеней свободы».

2. Главная претензия, которую можно адресовать любому кандидату, – это непоследовательность. Традиционно Казахстан находится на периферии интересов российской элиты (независимо от партийно-политических ориентаций). Внятной стратегии на центрально-азиатском направлении ни у одного из кандидатов нет, если не принимать всерьез дежурные фразы о партнерстве. На практике каждый набор проблем и вызовов решается в ситуативном порядке, без отсылки к неким фундаментальным идеологическим взглядам.

Нельзя исключать, что в будущем (не в текущем, а в следующем избирательном цикле) кандидаты будут более строго придерживаться определенных идейных позиций. Например, кандидат от либерального крыла может негативно воспринимать сам факт несменяемости президента РК при позитивном отношении к внешнеполитической многовекторности Казахстана. И, наоборот, кандидат от ультраправых сил, возможно, будет спокойно воспринимать несменяемость казахстанского президента, но при этом критиковать режим многовекторности.

В таком, идеологизированном, ключе Ак-Орде будет намного сложнее выстраивать прагматичный внешнеполитический курс, обеспечивающий баланс интересов основных геополитических игроков. А потому оптимальным для Казахстана следует признать существующий прагматичный подход Кремля.

Если говорить о следующем избирательном цикле (в 2024 году), то с высокой долей вероятности можно предположить, что произойдет смена поколений в политических элитах Казахстана и России. А вместе с этим произойдет переоценка перспектив двусторонних отношений наших стран и в более широком ключе – более скептического отношения новой элиты в Кремле к центрально-азиатскому региону в целом.

 

Александр Костин, заместитель гендиректора Института национальной стратегии на общественных началах (Россия):

«Причин менять курс нет»

1. Здесь центральную роль играет не фигура, а курс, который олицетворяет действующий президент РФ. Будет ли он меняться в течение ближайших лет, а если да, то в какую сторону? Сегодня Казахстан занимает особое место и роль в политике России в регионе, да и в целом в стратегии развития, что оформлено в соответствующих союзах (военно-политическая ОДКБ и Евразийское пространство). Никаких политических причин менять конфигурацию этого партнерства в России сейчас не существует, вне зависимости от персоналий будущих президентов. Это условия стратегического развития. Отрицательную роль играют скрытые, но долговременные риски культурно-исторического расхождения: Казахстан продолжает дрейфовать в сторону от России – туда, куда его притягивают более проницательные геополитические игроки, эффективно использующие инструменты «мягкой силы». Это Турция, нефтяные монархии, США и ЕС.

2. Это должна быть фигура консенсуса между курсом развития, заложенным президентом В.Путиным, и новой политической повесткой, которая появляется в России в силу поколенческого изменения – прихода в общественно-политическое поле уже российского большинства (на смену постсоветскому мировоззрению), рожденного в 1990-х – начале 2000-х. Есть большой запрос на обновление политического и бюрократического класса, включая первых лиц.

Казахстану важна стабильная и развивающаяся Россия, соответственно необходим легитимный и консенсусный президент. Интрига заключается в том, что предвыборная кампания следующего, после Путина, главы государства начнется буквально сразу же после подведения итогов выборов марта 2018 года, на которых, несомненно, победит Владимир Владимирович. Время его президентcтва и станет моментом переговоров, сложного выбора и согласования интересов сторон, будущего страны и того курса, который будет олицетворять собой новый глава государства. То есть главным политическим содержанием нового срока В. Путина будет выбор так называемого «преемника».

 

Толганай Умбеталиева, гендиректор Центральноазиатского фонда развития демократии, кандидат политических наук:

«Добрососедство, но без оглядки на общее прошлое»

1. Для Астаны предпочтительным будет Путин, стиль управления которого по многим параметрам совпадает со стилем управления, присущим казахстанской элите. Кроме того, уже сложились хорошие взаимоотношения – по крайней мере, в публичной сфере демонстрация отношений идет именно в такой тональности. Вследствие чего между руководителями двух стран имеются соответствующие интересы и неформальные обязательства друг перед другом. В то же время часть населения Казахстана довольно критически оценивает курс российского президента, поэтому, как можно заметить, политическое влияние России на жизнь в нашей стране снижается. Общественность видит агрессивное поведение Кремля в отношении Украины, инвестиционную политику Москвы на постсоветском пространстве, которая направлена, с одной стороны, на «покупку» политической лояльности, а с другой, на использование ее в качестве рычагов давления на «болевые точки» (Кыргызстан).

Понятно, что официальная Астана при всем своем положительном отношении к руководству России и, прежде всего, к Путину не может игнорировать настороженный, а порой очень критический взгляд казахстанцев в сторону президента РФ. Поэтому она стремится активно сотрудничать с другими крупными странами, тем самым демонстрируя свою приверженность многовекторной внешнеполитической стратегии и одновременно подтверждая заявления о своей политической независимости от северного соседа. Ведь сотрудничество с Россией не должно отрезать Казахстан от других партнеров, с которыми Астана могла бы вести дела во благо развития страны.

Конечно, Ак-Орда внимательно следит за всеми российскими политиками, способными в будущем выйти на первые роли. Кроме того, события, происходящие в РФ, всегда находят отклик в Казахстане и, безусловно, будут оказывать влияние на характер развития нашей страны. Однако политические установки этих потенциальных лидеров в настоящее время не совпадают по многим параметрам с позицией руководства Казахстана, ведь те особенности существующей в сегодняшней России системы, которые подвергаются критике этими самыми «лидерами будущего», имеют место и в РК, и вызваны они стилем правления действующей у нас власти.

2. Наиболее оптимальным вариантом внешней политики в отношении Казахстана я считаю проявление уважения к нашей независимости, к нашим политическим и экономическим решениям. Глобальные цели России – вернуть себе прежние позиции на международной арене, стать одним из центров силы. Однако своими методами достижения глобального лидерства Москва напугала все постсоветское пространство. С моей точки зрения, если Россия поставила перед собой такую цель, то, пожалуйста, пусть идет к ней, но не привлекая себе на помощь в «добровольно-принудительном» порядке страны бывшего Союза, у которых свои национальные интересы, свои задачи. Казахстан не может и не должен становиться одним из инструментов политики РФ. Ведь Астана постоянно подчеркивает, что мы хотим стать полноправным субъектом международных отношений. Поэтому желательно было бы строить отношения с Россией на принципах «добрососедства», без ориентации на совместное прошлое. Советская эпоха с ее положительными и отрицательными моментами уже канула в историю. Кстати, восприятие того периода в Казахстане сейчас очень политизировано именно по причине того, что Кремль не совсем грамотно использует фактор совместного прошлого в современных политических целях. И это тоже ведет к росту негатива в отношении России. Общественность нашей страны больше поддерживает оппонентов Путина, представляющих демократическую часть РФ, поскольку они предлагают другой вариант развития страны, ориентированный не на гегемонию любой ценой, а на мирное и конструктивное сосуществование. И Казахстан был бы готов к еще более тесному экономическому сотрудничеству с Россией, если бы в нем не было политики. Ведь не секрет, что экономические инструменты сотрудничества являются частью политического плана Москвы. А мы эти планы не разделяем. И самое важное для нас – абсолютное невмешательство во внутренние процессы, происходящие в Казахстане, в том числе и в кадровые вопросы.

Если вкратце резюмировать, то для нас наиболее оптимальным был бы кандидат, который предложил бы демократический вектор развития России – как внутри страны, так и во внешней политике.

Автор: Кенже ТАТИЛЯ

Комментарии

Author Айгуль
Редактировать / Удалить/ Цитировать
19-сен-2017, 23:11

Нет, нам не по пути с таким агрессивным и невежественным политиком как Путин. Мы должны держаться как можно дальше от России и больше стремиться к сотрудничеству с цивилизованными странами Европы и Азии (Япония, Южная Корея, Сингапур)

Оставить мнение