ПОНЕДЕЛЬНИК, 20 НОЯБРЯ 2017 ГОДА
777 8-09-2017, 00:00

Может ли казахстанская культура стать прибыльной?

В ноябре 2014 года президент страны подписал Указ «О Концепции культурной политики Республики Казахстан». Был утвержден план мероприятий по ее реализации, дана команда центральным и местным исполнительным органам руководствоваться в своей деятельности этим документом. И еще, что крайне важно, обеспечить согласованность с концепцией тех нормативных актов, которые касаются государственного планирования. А чтобы избежать кампанейщины и формализма, контроль за исполнением указа возложили на администрацию президента РК.

Предварительные итоги

Наш собеседник – кандидат искусствоведения, профессор Казахской национальной академии искусств имени Жургенова Ольга Батурина. Она непосредственно участвовала в разработке концепции, она внимательно следит за тем, как этот судьбоносный документ претворяется в жизнь.

– При работе над концепцией мы рассматривали культуру не как нечто эфемерное, а с чисто прагматической точки зрения, то есть как вполне определенную отрасль человеческой деятельности, – расставляет она буквально с порога необходимые акценты.– И Министерство культуры поставило задачу сделать эту отрасль прибыльной, как это, в сущности, практикуется во всем мире. К примеру, немалую часть бюджета Лондона составляют доходы, получаемые учреждениями культуры. То же самое в Италии, в США. Причем речь идет не только о музеях, театрах и фестивалях, но и о развлекательных парках, которые пользуются огромной популярностью. В идеале Казахстан тоже должен выйти на этот уровень. Культура из сферы дотационной должна превратиться в отрасль, приносящую прибыль. Но это долгосрочная задача. Если же оставить в стороне меркантилизм, то важнейшая функция культуры состоит в том, что она обеспечивает стабильность в обществе, помогает установить доверие между людьми.

– Но это, в принципе, было и раньше. В чем же новизна концепции?

– В мире есть страны, где отсутствуют министерства культуры, а сама культура есть – иначе и быть не может. Видимо, там нет надобности в подобных ведомствах, поскольку есть законы, а значит, и механизмы, которые надежно обеспечивают жизнедеятельность этой сферы. У нас же таких механизмов не было, мы оказались как бы на переходной стадии между социализмом и капитализмом, хотя культура, так или иначе, находилась под патронажем государства.

– В одном из официальных документов, связанных с концепцией, сказано о том, что необходимо «производство (именно так – производство!) культурно-развлекательных форматов». Вас не коробит подобный канцелярит?

– Наверное, это не самый удачный оборот речи. Но тут важна суть. Мне довелось участвовать в форуме «Музеи и власть». Форум проводил Эрмитаж, и в своем выступлении его директор Михаил Пиотровский сказал: «Музеи сегодня конкурируют даже не с Интернетом, а с парками развлечений – такими, как Диснейленд. Поэтому, чтобы выжить, современный музей должен стать немножко Диснейлендом». Меня сначала это покоробило: мол, что за упрощение такое? Потом я поняла, что не только музеи, но и образование у нас в таком же положении («учи, развлекая!»). Мир стал другим, изменились мышление и восприятие мира, не учитывать этого нельзя, иначе безнадежно отстанешь от жизни, будешь нерентабельным и вылетишь в аутсайдеры. Здесь ведь существует и обратная связь: люди хотят не просто развлечений, они хотят, чтобы развлечениям сопутствовало познание нового. Люди готовы платить свои кровные деньги, тратить свое драгоценное время, чтобы после работы посещать познавательные курсы, будь то искусство или точные науки. Они хотят узнавать новое, хотят расти. Это особенно стало очевидным в последние три года. Креативная индустрия нынче очень востребована, она прибыльна, и это, я думаю, чувствуют и понимают те, кто принимает решения.

– Вообще-то мы явились не на голое место. Советская власть тоже была заинтересована в духовном и эстетическом воспитании масс…

– Да, у Советской власти был огромный проект модернизации культуры – уникальный, узнаваемый, впечатляющий. Искусство было в СССР национальным брендом. В пылу перестройки, в пылу эйфории мы выплеснули с водой ребенка, и теперь приходится все это восстанавливать. Чему в немалой степени служат и «Концепция культурной политики», и План нации «100 конкретных шагов», и Стратегия «Казахстан-2050». Черчилль очень точно сказал: «Кто жалеет деньги на культуру, будет тратить их на пушки». И в самом деле: то, что снимает агрессию с современных людей, – это культура.

Концепция как локомотив культуры

– Но вернемся к «культурно-развлекательным форматам». Они ведь существовали и до появления концепции. Что же она придала этим форматам?

– Само наличие концепции свидетельствует о внимании президента страны к проблемам культуры. Он хочет дать ей карт-бланш, хочет ее поддержать. Кстати, последняя его статья, касающаяся модернизации сознания, – об этом же, поскольку мы хотим, чтобы Казахстан воспринимали в мире не только как экономически развивающуюся страну, не только как политического лидера региона, но и как страну с интересной самобытной культурой, уникальным искусством. Искусство может стать, должно стать национальным брендом. Мы только в начале этого пути. Например, есть мировые рейтинги художников, но в них вы не найдете наших мастеров. Нужно оцифровать информацию о них и разместить на глобальных интернет-ресурсах. Наши художники, и ныне творящие, и корифеи, будут интересны миру, в том числе западной публике. Кстати, арт-рынок занимает второе место после рынка нефтегазового. Концепция придала мощный импульс развитию этой сферы. И, естественно, обнажила проблемы, на решении которых должно быть сосредоточено наше внимание. Что крайне важно: к концепции прилагается программа, а это уже конкретные шаги по ее осуществлению.

– И что же уже сделано?

– Из масштабных имиджевых проектов назову прежде всего празднование юбилея Казахского ханства. Это была грандиозная историческая феерия, воплощенная средствами современного шоу, явленная массовому зрителю. Что еще? Зимняя Универсиада – массовый, очень зрелищный праздник достижений современного спорта. К ней было построено много спортивных объектов, которые будут служить жителям южной столицы годы и годы. Десятки, если не сотни тысяч зрителей (билеты были недорогие) имели возможность посетить ледовые арены Универсиады, построенные, кстати, в густонаселенных районах города. Люди шли туда семьями. Истинный праздник сердца, впечатления незабываемые. Я вижу, как сейчас там люди катаются на коньках. К тому же там есть бассейны, опять-таки для широкой публики. Универсиада пробудила в алматинцах интерес к спорту.

– То есть вот оно в действии – производство тех самых «культурно-развлекательных форматов», так?

– Наверное. Вы только посмотрите, каким магнитом стал театр «Астана-опера»! Певцы, дирижеры, постановщики мирового уровня, театры масштаба миланского «Ла Скала» обрели здесь как бы постоянную прописку. В ответ зарубежье узнаёт и наших мастеров сцены. Наш уникальный тенор заслуженный деятель РК Медет Чотабаев дебютировал в опере «Норма» Винченцо Беллини на сцене Graz Opera в Австрии. Это лишь последний пример подобного рода. Мы уже не удивляемся тому, что в Астане выступают такие звезды первой величины, как Пласидо Доминго. Один из лучших хореографов СНГ Владимир Эйфман поставил здесь несколько балетных спектаклей. А наше ЭКСПО-2017! Ощущение такое, что вся Европа явилась в Астану, чтобы показать все свое самое лучшее. Побывав на выставке, человек получает неизгладимые впечатления. Там невольно испытываешь чувство гордости за Казахстан. За два месяца работы ЭКСПО состоялось шесть тысяч мероприятий – концертов, театральных постановок, выставок и т.д. То есть каждый день минимум десять мероприятий. Вот вам и культурно-развлекательные форматы…

Когда проект обречен на успех

– На дворе эпоха рынка, а значит, коммерциализация культуры неизбежна, и государство заинтересовано в том, чтобы она стала прибыльной. Но это в далекой перспективе. А сейчас – за счет чего выживать культуре? Туризм?

– Туризм, конечно, надо развивать. Особенно привлекателен этно-туризм. Но будем реалистами: в силу своей отдаленности Казахстан едва ли станет местом массового паломничества туристов.

– Тогда – что?

– Я уже сказала выше: креативная индустрия. Что такое креативный кластер? Это совокупность нескольких отраслей, когда они друг друга подтягивают. К примеру, у нас в Алматы уже в седьмой раз проходит фестиваль искусств «Арбат-фест». У государства не берут ни тенге, финансирование находят сами. Тем не менее это громкое событие. В нем принимают участие наши зарубежные друзья – художники, искусствоведы, кураторы. Благодаря фестивалю жизнь города обретает новые краски. Его фишка – свободное искусство, свободомыслие. Это, если хотите, индикатор демократии. Критика – свободная, альтернативные точки зрения просто необходимы. Что еще? А вам этого мало? Это ироничное искусство, и то, что у нас есть «Арбат-фест», большое счастье. А возник он благодаря фантазии энтузиастов. Но что удивительно, при этом они и деньги зарабатывают. Секрет прост: любому мероприятию нужен грамотный менеджер. И если он знает законы экономики, умеет использовать пиар-ходы, то проект обречен на успех.

– Но это единичный случай…

– Ничего подобного! А фестиваль этно-музыки The Spirit of Tengri? Он проводится на спонсорские деньги одного из банков. И вновь налицо энтузиазм и грамотный менеджмент. Или возьмите международный театральный фестиваль «Откровение» в Алматы, он опять-таки инициирован частными лицами, обожающими театр, специалистами и любителями. Он тоже проводился уже три раза, причем успешно. А кинофестиваль «Евразия»? Его в свое время придумала Гульнара Абикеева, честь и хвала ей за это. Он так громко заявил о себе, что стал государственным.

– Резюмируя, скажем: нам есть что показать, но…

– Нам нужно создавать свою школу продюсеров – это веление времени. Мы шагнули в другое измерение, нам нужны специалисты-управленцы нового формата, с коммерческими мозгами. Нам по старинке кажется, что культура – эта некая надстройка, довесок к экономической базе. В действительности все наоборот. Культура – это та база, которая обеспечивает все скрепы социума. На ней держится имидж государства. А имидж не есть что-то эфемерное, имидж – это капитал. По сути, понимание того, что культура – это основа основ развития общества, и есть краеугольный камень концепции, о которой идет речь. Все, что у нас происходит в культуре, – это, с одной стороны, воля президента страны, а с другой – частные инициативы тех, кто любит искусство, понимает его значимость и делает все возможное для его развития, не ожидая указаний сверху.

В концепции прописаны приоритеты, и один из главных среди них – подготовка кадров, прежде всего продюсерских. Это первое. И второе: нам как воздух необходим закон о меценатстве. Во всех странах мира культура живет, ощущая благотворную поддержку бизнеса...

Автор: Адольф Арцишевский.

Комментарии

Нет комментариев

Комментарии к данной статье отсутствуют. Напишите первым!

Оставить мнение