ВТОРНИК, 23 ЯНВАРЯ 2018 ГОДА
2127 24-02-2017, 00:20

Отвлекающие маневры правительства

Первые два месяца 2017 года оказались довольно урожайными на правительственные инициативы. Что, в общем-то, немудрено: настала пора правового оформления набирающего обороты транзитного периода. Поэтому власть решила отвлечь внимание населения от главных этапов операции «Преемник», а потом – бац! – поставить перед фактом. И в этом плане проекты «26-я статья Конституции» и «штраф в 11 миллионов» играют важную роль. Какую? Давайте посмотрим.

Под знаком транзита

На этой неделе истекает срок, который был отведен на «всенародное обсуждение» конституционных поправок, связанных с перераспределением полномочий между ветвями власти. Напомним, об этом действующий глава государства говорил несколько раз за последние годы, с каждым разом все более прямо намекая на начало переходного периода. Судя по всему, Нурсултан Назарбаев хочет, чтобы следующий президент Казахстана был наделен меньшей, чем он сам, властью. И это, по большому счету, правильно – дело здесь не столько в ревности к своему преемнику, сколько в том, чтобы не дать различным кланам развалить страну в борьбе за трон. В принципе, речь идет о распределении отдельных рычагов власти, которые были в руках первого президента, между кланами и группировками, чтобы ни у одной из них не оказалось «контрольного пакета».

Про честные выборы, ответственность власти перед народом и прочие демократические нормы, судя по всему, никто не вспомнил, в том числе и те, кто сегодня называет себя оппозицией. Всех интересует прежде всего имя преемника, то, к какому клану он (она) будет принадлежать и кто из наших соседей захочет воспользоваться ослаблением власти в переходный период. Однако мы сегодня о другом – о том, как «верхи» научились манипулировать общественным мнением.

Иллюзия демократии

Итак, 25 января президент страны неожиданно вышел в республиканский телеэфир, чтобы предложить соотечественникам включиться в работу над внесением изменений в Конституцию. За две недели до этого он создал соответствующую рабочую комиссию, которую возглавил руководитель его администрации. В своем телеобращении глава государства обрисовал контуры будущей реформы и призвал открыто обсудить в принципе уже принятое решение.

Можно было подумать, что это некий хитрый ход, призванный легитимизировать сам процесс транзита власти. Точно такой же, когда правозащитники приглашались к обсуждению законопроектов, которые все равно затем принимались практически в первозданном виде, или когда созывались различные комиссии с привлечением представителей НПО, внепарламентских политических партий, а также гражданских активистов – чтобы создать иллюзию объективности принимаемых решений. Но на деле все оказалось не так просто.

Как и предполагалось, большого энтузиазма среди населения призыв к «всенародному обсуждению» не вызвал. Но был один пункт, самый первый среди предлагаемых, который, казалось бы, никоим образом не касался перераспределения полномочий между ветвями власти. Речь в нем шла о новой версии статьи 26 Конституции РК (о праве на свободное владение каким-либо имуществом), где словосочетание «граждане Республики Казахстан» предлагалось заменить на «каждый». Не надо быть ни политически, ни юридически подкованным, чтобы понять: что-то здесь не так. Ну а памятный ажиотаж вокруг земельного вопроса дал массам однозначный ответ: все дело в передаче земель иностранцам. Мол, для этого и занесли сюда эту поправку.

Явная ее провокационность не могла не вызвать возмущения среди граждан. Почин положили правозащитники, независимые журналисты и гражданские активисты. Далее тему подхватили пользователи социальных сетей и простые граждане.

Но теперь новую версию статьи 26 инициаторы нововведений в Конституцию отзывают. «В связи с пожеланиями граждан». Гражданское общество готово возликовать и назвать себя победителем. В соцсетях появятся десятки публикаций, авторы которых будут писать: «можем же, если захотим». Но на самом деле выигравшей стороной будет власть. Ведь она, во-первых, создала иллюзию, будто прислушивается к мнению масс, да так успешно, что даже злостные критики режима купились на эту наживку. Во-вторых, она умело отвлекла внимание общества от других пунк­тов конституционной реформы. Например, сейчас никто даже не вспомнит, сколько пунктов содержится в законопроекте «О внесении изменений и дополнений в Конституцию РК», опубликованном на следующий день после телеобращения президента, не говоря уже о их сути. А таких пунктов, между прочим, еще 17, и за многими из них стоят нерядовые перемены.

Внимание более или менее активного населения было отвлечено и от других общенациональных мероприятий, сопутствующих транзиту. В частности, тут следует сказать о том, что перераспределение полномочий между ветвями власти (точнее, между властными группировками) сопровождается и перераспределением активов и имущества различных ФПГ. Впрочем, это отдельная история.

Ну а власть может констатировать, что ей удалось спровоцировать контролируемый взрыв недовольства, убив сразу нескольких «зайцев»: заставить гражданское общество гордиться самим собой; показать Западу, что у нас с демократией не все так плохо; отвести удар от других целей и провести репетицию большого виртуального митинга протеста (ведь на сей раз никто не предлагал выйти на площадь)…

Впрочем, это не единственный факт «отвлечения внимания».

Миллионы, миллионы…

На минувшей неделе парламентские коррес­понденты выдали новый повод для «всенародного осуждения». Речь идет о предложении ввести в Уголовный кодекс РК норму, согласно которой за нападение на полицейского может грозить штраф в 11 миллионов тенге.

В настоящее время «за применение насилия, не опасного для жизни или здоровья, либо за угрозу применения насилия в отношении представителя власти или его близких в связи с исполнением им своих служебных обязанностей», предусмотрен штраф в 2000 МРП либо ограничение свободы или ее лишение сроком до двух лет. Новые же поправки предполагают ужесточение наказания не только в виде увеличения штрафа да 5000 МРП, или 11 миллионов тенге (либо исправительных работ на эту сумму), но и 5 лет заключения. Депутаты мажилиса, возмутившись «неподъемным» штрафом, на второй момент просто закрыли глаза.

Не обратили на это внимания и журналисты. Между прочим, ту же
380-ю­ статью хотят дополнить нормой, согласно которой если применение насилия, опасного для жизни и здоровья представителя власти, происходит в зоне чрезвычайного положения или проведения антитеррористической операции, то грозит уже более суровое наказание – от 7 до 12 лет лишения свободы. При этом появилась весьма неоднозначная формулировка: «в связи с исполнением им служебных обязанностей в ходе проведения собраний, митингов, пикетов, уличных шествий и демонстраций». Другими словами, этот пункт можно применить и против участников несанкционированного митинга, которые вдруг окажут сопротивление спецназу или, хуже того, полезут с ним в драку.

В общем, получается, что органы правопорядка в лице МВД загодя вводят жесткие меры наказания против тех, кто против них. При этом нужно учесть, что Уголовный кодекс у нас совсем свежий, но тем не менее уже успел пережить пару редакций. А еще следует обратить внимание на то, что в законопроекте по совершенствованию правоохранительной системы, который представил на суд депутатов сам министр Калмуханбет Касымов, есть любопытные нормы. Например, в Административном кодексе побои (то есть причинение боли без вреда для здоровья), нанесенные гражданскому лицу, оцениваются в 10 МРП, а умышленное причинение легкого вреда здоровью – до 15 МРП штрафа или 15 суток административного ареста. Вы сами можете подсчитать, во сколько раз здоровье полицейского дороже здоровья простого обывателя.

Секретные материалы

Упомянутый законопроект касается и других законов и нормативных актов, в том числе имеющих отношение к деятельности прокуроров, судей и так далее. Но мы хотим обратить внимание на другое – на то, что мажилисмены либо проигнорировали, либо сознательно не стали обсуждать.

Так, предусматривается небольшое, но существенное дополнение в закон об органах внут­ренних дел (которому, между прочим, нет еще и трех лет). Теперь сотрудники полиции, ко всему прочему, имеют право «запрещать физическим лицам фотосъемку и видео­запись сотрудников органов внутренних дел при исполнении ими своих служебных обязанностей во время проведения следственных мероприятий в местности, где объявлено чрезвычайное положение, или зоне проведения антитеррористической операции». Данная поправка вступает в явное противоречие с другими законами (например, о СМИ) и даже с Конституцией. Но это, похоже, мало волнует и депутатов, и самих полицейских.

С одной стороны, непонятно, зачем «замыливают» такого рода нововведения – ведь народ должен знать, что ему грозит за те или иные действия. Знать и бояться. Но с другой – это может вызвать недовольство отечественных и зарубежных правозащитников, а также лишний раз вызвать подозрение. Ведь если власть озабочена усилением своих карательных функций, то она чего-то боится и к чему-то серьезному готовится.

В любом случае власти стоило бы по-настоящему советоваться с народом, а не играть в демократию. Или, в крайнем случае, отвлекать действительно чем-то стоящим. Но не будем подсказывать, чем именно…

Автор: Мирас Нурмуханбетов

Комментарии

Нет комментариев

Комментарии к данной статье отсутствуют. Напишите первым!

Оставить мнение